Там, за чертой блокады

– Э-э, а когда это он стал тебе дорогим? – пошутила одна из молодых воспитательниц. – Может, сначала начнем с «Уважаемый»?

– Мне кажется, так душевнее, – смутилась Аля.

– Правильно, Аля, душевнее, – поддержала Вероника Петровна. – А если ты еще как бы между прочим вставишь, сколько тебе лет и что ты еще не замужем, оно станет еще душевнее. Может, он уже завтра прилетит на крыльях надежды, – под общий смех закончила старшая воспитательница.

Нелли Ивановна улыбалась, глядя на эту добрую пикировку.

– Не тушуйся, Аленька, продолжай, – поддержала она воспитательницу.

– «Спешу сообщить Вам, что ваша дочь Светочка жива, здорова и находится у нас в 21-м детдоме по адресу: Томская область, Асиновский район, деревня Ягодное.

Она очень смышленая и, как и все другие дети, спрашивала о родителях. Мы всем им говорим, что папы и мамы воюют с врагом, а когда победят, вернутся за вами. Она рисует Вас верхом на танке. Если Вы не танкист, при встрече не огорчайте ее.

Должна Вас предупредить, что, когда ее принесли в детдом в беспамятстве от голода, она не могла вспомнить свое имя. Ее назвали Мариночкой. Мы постараемся до вашего приезда приучить ее к другому имени, но Вам надо это иметь в виду.

Ждем Вас с нетерпением!

Смирнова Александра Гавриловна»

– Ну что? Хорошо! А вот здесь ты можешь добавить свой возраст и семейное положение, – с улыбкой добавила директор.

С письмом Ивану Павловичу Ноздрину Стогов верхом отправился в Асино рано утром, когда еще все спали. Письмо лежало в холщовой сумке, повешенной через плечо, хотя Виктор клялся, что в кармане куртки оно сохранится надежнее. Но директор была неумолима.

– Ты знаешь, что такое «аллюр три креста»?

Виктор опешил.

– Это что-то такое про лошадей, точно не знаю.

– Да, аллюр – это способ бега лошади: шаг, карьер, галоп. А вот три креста на документе указывают курьеру, что доставить пакет надо как можно быстрее. В старину, – объясняла она, – фельдъегерь клал его в кожаную сумку и несся как угорелый, не жалея лошадь. У нас такой сумки нет и лошадь загонять нельзя, но доставить его быстро в целости и сохранности можно и нужно.

Вспомнив слова директора, Виктор крепче прижал сумку к локтю. Ранняя прохлада благоприятно действовала на Цыганку. Она без понуждения, в свое удовольствие шла крупной спокойной рысью. Тишина располагала к воспоминаниям, фантазиям, мечтательности. Виктор знал за собой эту склонность, появившуюся в последнее предвоенное лето.

Однажды старший брат, работавший заместителем начальника пионерского лагеря, столкнулся с неразлучной троицей – Виктором, Валеркой и Эльзой, – возвращавшейся после налета на чужой сад с полными карманами яблок.

Отпустив Спичкина и Пожарову, он привел Виктора к себе в комнату и сказал: «Вот что, шалопай, у тебя слишком много лишнего времени. Вот тебе книга. Пока не прочтешь, участвовать в играх и соревнованиях не будешь!»

Это был роман «Следопыт, или На берегах Онтарио» Фенимора Купера. Толщина книги пугала, а фамилия и имя автора вызывали ненависть. Виктор стал со злорадством их коверкать: «Фенимор – светофор», «Купер – пупер». Но выхода не было! Он хорошо знал брата. Непременно проверит! Правда, потом не заметил сам, как увлекся, стал брать книги в библиотеке и часто ловил себя на том, что воображает себя каким-нибудь книжным героем.

Первое место в его фантазиях принадлежало Чапаеву, воевавшему за советскую власть. Поэтому, выехав за околицу, он «выхватил саблю» и с криком «ура!» перешел на галоп, преследуя «противника». Но впереди, на узкой таежной тропе, никого не было. Он оглянулся и увидел, что вся его «дивизия» здорово «отстала». Стало скучно. Натянув поводья, он перевел лошадь на мелкую рысь.

За весь путь до райцентра Виктор побывал в роли и Гавроша, и Тома Сойера, и Гулливера. При въезде в Асино он решил превратиться в Дон Кихота, так как увидел шедшую ему навстречу стройную девочку в окружении троих ребят его возраста. Дон Кихот конечно же должен был ее освободить.

Перейдя на шаг, Виктор ехал прямо на мальчишек.

– Ты что, ослеп? Куда прешь! – крикнул один из них.

Стогов остановил лошадь в метре от кричавшего парнишки.

– Ребята, давайте обойдем его! Это же «всадник без головы»! – смеясь, сказала девочка.

Ее попутчики захохотали. Виктор направил лошадь на девочку. Но Цыганка оказалась умнее всадника: она замотала головой и не двинулась с места.

– Да ему надо по шее надавать!

С этими словами один из ребят кинулся к Виктору. Но Стогов огрел его плеткой и продолжал размахивать ею, не подпуская мальчишек на близкое расстояние.

Ребята начали крутиться вокруг Витьки, норовя стащить его с лошади. Силы были неравные. Падая, Виктор почувствовал, как один из мальчишек дернул за сумку. Отбиваясь от двух других, он видел, как тот вытряхнул из нее письмо, которое подобрала девочка.

– Не трожь письмо! Оно на фронт! – что есть силы закричал он, бросившись к девочке. Но, сбитый с ног, оказался на земле.

Его подняли, крепко держа за руки. Девочка прочитала адрес: