В день годовщины мистер Кеслер не оплакивал отца в прямом смысле слова и не испытывал осознанно чувства гнева, тревоги или утраты. Скорее, как это чаще всего происходит, он сконцентрировал свою эмоциональную энергию на ком-то третьем, в данном случае на сыне, став особенно чувствительным к малейшему проявлению трудностей у Билли.
Именно сила нашей реакции на проблемы другого человека не только способствует ее эскалации, но и служит ей источником энергии.
Нежелание Билли идти навстречу росло прямо пропорционально эмоциональной реактивности отца (и реактивности матери по отношению к отцу), запуская «танец по кругу».
Почему же мистеру Кеслеру удалось справиться с тревогой, переключившись на ребенка? Как правило, такой способ устранения собственной напряженности и стресса характерен для матерей – более того, вся система женского воспитания в нашем обществе выстроена вокруг центральной фигуры ребенка – но мужчины отнюдь не обладают иммунитетом к подобного рода схемам отношений. Помимо этой, могли возникнуть и другие модели «треугольных» взаимодействий. Например, у мистера Кеслера могла появиться любовница или он ушел бы от жены как раз в момент наступления «реакции на годовщину». Или отдалился бы от нее, с головой уйдя в работу, – типично мужская реакция на возбудитель тревоги. Или сам стал бы гипофункциональным, и у него развилась бы какая-нибудь физическая или эмоциональная проблема. Или стал бы придираться к жене по поводу и без, забыв о детях.
Все мы справляемся со стрессом посредством одного из упомянутых способов, а в идеале задействуем сразу несколько. Если единственным способом заглушить стресс в семье является концентрация внимания на «трудном ребенке», то в результате мы получим ребенка с серьезными проблемами. Если же на фоне стресса учащаются ссоры между супругами, то получим проблемный брак.
Билли и его отец занимают одну и ту же сиблинг-позицию: они оба мальчики-первенцы. Вот почему отец с большей долей вероятности будет идентифицировать (или даже путать) себя с Билли, чем с остальными детьми, острее реагировать на его сильные и слабые стороны. Вполне ожидаемо, что для мистера Кеслера это будут самые напряженные отношения, и в тяжелые моменты уровень стресса будет расти. Тот факт, что и отец мистера Кеслера был первенцем у своих родителей, дополнительно усиливает эмоциональный заряд в его отношениях с Билли. Порядок рождения – невероятно важный фактор, помогающий понять, как наши родители воспринимают и идентифицируют нас, а мы сами – своих детей.
Ничто так не нервировало мистера Кеслера, как проявление у Билли признаков некомпетентности и безответственности. А почему? Взглянув на семейное древо, мы можем сделать несколько предположений, весьма близких к истине. В возрасте восьми лет мистер Кеслер потерял отца и остался один с матерью, Лоррейн, которая была младшей из двух сестер. Что мы знаем о типичных чертах младших сестер? Что даже в роли родителей они зачастую не спешат брать на себя ответственность или инициативу, принимать решения, занимать авторитетную позицию. Мистер Кеслер же, как первенец (и сын), мог уже с раннего возраста начать проявлять черты «ответственного лидера» – быть может, пытаясь частично занять место своего отца и помочь овдовевшей матери.
Знакомство с мистером Кеслером только подтвердило мои догадки. Рано повзрослев, он не успел побыть ребенком, которому позволено дурачиться и ни о чем не думать, пока все проблемы решают взрослые. Он был вынужден всю жизнь заботиться о других, взвалив на себя все семейные хлопоты. Столь высокая чувствительность к малейшим проявлениям безответственности у Билли связана с тем, что сам мистер Кеслер был лишен детства. «Наверное, я выхожу из себя, видя, как Билли развлекается и дурачится, главным образом потому, что немного ему завидую, – признался он. – Когда умер мой отец, я перестал быть ребенком и стал очень тревожным – гораздо раньше, чем был к этому готов. Моя проблема в том, что я ощущаю на себе слишком большую ответственность за все вокруг».
Спустя некоторое время, в очередной раз выйдя из себя в ответ на небрежное отношение сына к школе, мистер Кеслер посадил Билли к себе на колени и сказал ему:
– Билли, на этой неделе я очень расстроился и рассердился из-за твоего беспечного отношения к школе. Думаю, я все же перегнул палку. И, кажется, понял, в чем дело. Знаешь, Билли, когда мне было восемь лет, у меня умер отец. Мне было очень тяжело, грустно и страшно, и я сердился на всех вокруг. А теперь, когда тебе тоже исполнилось восемь, эти чувства во мне ожили. Иногда, пытаясь справиться с ними, я срываюсь на тебе. Так, наверное, я спасаюсь от грусти и одиночества от того, что остался без отца.
Билли посмотрел на него широко открытыми глазами и сказал:
– Но так не честно! Это же бессмысленно!
Тери Аболевич , Ксения Иванова , Александра Малахова , Екатерина Никольская , Настасья Андриадзе , Василина Карякин , Анастасия Геласимова , Евгения Сапункова , Татьяна Игоревна Орлова
Психология и психотерапия / Самосовершенствование