Театр эпохи восьмидесятых. Память и надежда

«Промежуток» в управлении так или иначе ликвидирован, а сам факт смены половины главных руководителей театров Москвы доказывал, как глубоко ошибались те критики, что в дискуссиях начала 80-х годов отстаивали безмятежное благополучие театра, не видя важных перемен, назревающих внутри Театра в целом. (Социологам было бы интересно отметить и две «волны» новых руководителей театров. С одной стороны, это поколение, формировавшихся в 50–60-е годы, – Хомский, Эфрос, Андреев. С другой – это поколение «промежутка», чьи первые значительные спектакли прозвучали в 70-х годах. Сопоставить эти факты с параллельными явлениями в других областях культуры и хозяйственной жизни страны – благодарная задача для тех, кто изучает механизмы управления, кто решает проблемы воспитания кадров новых руководителей.)

Нормализуется и внутритеатральная жизнь. За малым исключением, не было экстравагантных переходов актеров из театра в театр, а те, что были, не стали сенсацией. В числе критических замечаний, высказанных критиками в адрес театров, едва ли не самыми популярными были такие: малое количество выпускаемых спектаклей и, как следствие, многолетние актерские простои.

Главные режиссеры, устно и письменно, кто спокойно, а кто переходя за границы этических норм, пытались отстоять правоту своих позиций, ссылаясь на так называемые объективные причины. Но, странное дело, в 1984–1985 годы все московские театры выполнили план по выпуску спектаклей, а некоторые с лихвой его перевыполнили, причем нельзя сказать, что спектакли от этого стали хуже, а жизнь трупп стала куда более интересной, почти все ведущие актеры Москвы предстали перед зрителями в премьерах. (В условиях несомненного спада зрительского интереса к театру стремление сделать жизнь театра динамичнее нельзя не признать оправданным.) Конечно, было бы нескромно представителям критического цеха приписывать своей инициативе эти результаты, а все же не без критиков здесь обошлось. Перефразируя известную басню, иные главные режиссеры, правда, критиков едят (или пытаются съесть), но слушают. Это уже немало, значит, критика понемногу начинает воздействовать на искусство и на его деятелей.

В предыдущем обзоре я отмечал, что, во-первых, во многих театрах актеры как бы взяли власть в свои руки (много спектаклей актерами и были поставлены, чего в этом сезоне почти не было), что ряд ролей был явно актерам не по возможностям, а подчас и не по возрасту, что молодежь в прошлом сезоне была в буквальном и в переносном смысле «на вторых ролях». Совершенно иная картина в 1984–1985 годах. Не старшее и среднее поколение, а среднее и молодое определили лицо театрального года. Из работ ветеранов можно назвать лишь маленькие шедевры Елены Фадеевой и Татьны Пельтцер в «Трех девушках», Нину Сазонову в роли генеральши Епанчиной и Владимира Зельдина в роли Тоцкого (спектакль «Идиот» в ЦАТСА) и Всеволода Якута в роли профессора Серебрякова («Дядя Ваня» в Театре им. Ермоловой).

Татьяна Доронина и Олег Табаков в «Скамейке», Станислав Любшин в спектакле «Призраки среди нас», Олег Борисов, Евгений Евстигнеев, Анастасия Вертинская, Андрей Мягков, Вячеслав Невинный в «Дяде Ване» (МХАТ); Леонид Марков, Наталия Тенякова, Ольга Остроумова, Татьяна Бестаева, Нина Дробышева в спектаклях Театра им. Моссовета «Операция “С Новым годом”», «Синее небо, а в нем облака» и «Вдовий пароход»; ансамбль ярких индивидуальностей Театра им. Маяковского в «Плодах просвещения» (Александр Лазарев, Светлана Немоляева, Татьяна Васильева, Игорь Костолевский, Игорь Охлупин, Михаил Филиппов, Александр Фатюшин); Виктор Коршунов и Эдуард Марцевич в «Рядовых» (Малый театр), Людмила Чурсина в «Идиоте» и «Рядовых» в ЦАТСА, Лариса Голубкина, Игорь Ледогоров и Геннадий Крынкин в «Рядовых» (ЦАТСА), Михаил Державин и Зиновий Высоковский в «Прощай, конферансье» (Театр сатиры), Инна Чурикова в «Трех девушках в голубом», Леонид Броневой в спектакле «Солдатами не рождаются (Московский драматический театр на Малой Бронной), Юрий Яковлев и Василий Лановой в «Казанове» (Театр им. Вахтангова), Галина Волчек, Марина Неёлова и Валентин Гафт в спектакле «Кто боится Вирджинии Вульф» Эдварда Олби (театр «Современник), Ольга Яковлева, Зинаида Славина, Валерий Золотухин, Наталья Сайко, Иван Бортник в «На дне» (Театр драмы и комедии на Таганке), Вера Алентова и Александр Пороховщиков в спектакле «Я – женщина» (Театр им. Пушкина) – один этот неполный перечень говорит и о мощных актерских силах Москвы, и о том, что они достаточно основательно были использованы.