Тебя никто не спрашивает! Как прекратить конфликты и соперничество и выстроить здоровые отношения в семье

Трасса порой начинается еще до рождения, когда ребенка только планируют: пусть будет мальчик, а не девочка; только бы здоровенький; главное, чтоб не была лицом в бабушку и не лысый как дядя Коля и т. д. От нас ждут, что мы появимся на свет какими-то особенными: крепкими, умными, счастливыми и будем радовать близких. Тот случай, когда ты еще не родился, но уже должен.

В защиту достигаторства хочу сказать, что это мощная движущая сила. Именно благодаря ей я многого достигла в жизни и откровенно этим горжусь. Но благодарность возникает потом, когда понимаешь, где твои сильные стороны, и можешь управлять ими. Иначе постоянное соперничество с незримым противником напоминает прогулку к горизонту: сколько ни делай, сохраняется ощущение, что мог бы лучше, и на место удовлетворения от достигнутого приходит досада.

Домов моих прадедов уже 20 лет как нет – на их месте стоят коттеджи. И бабушки нет в живых, но до самой старости халва оставалась ее любимой сладостью. Она называла ее на свой манер – не «подсолнечной», а «пансолнечной»

[2]. Пишу и кажется, что неправильное произношение словно подразумевает превосходство лакомства над другими за счет приставки «пан-». «Царь-вкусность» – всем удовольствиям удовольствие. А еще – символ невысказанной, недополученной любви, за которую приходилось бороться.

<p>Глава 1. Почему одни семьи вместе смеются, а другие ругаются</p>

Всякое улучшение бывает следствием трех необходимых условий – времени, опыта и соревнования, или, верней сказать, соперничества.

Михаил Загоскин,

«Москва и москвичи: записки Богдана Ильича Бельского»

<p>Что такое конкуренция</p>

Конкуренция – понятие широкое, меняющее смысл в зависимости от контекста. Многие из нас знакомы с межвидовой конкуренцией в биологии, рыночной в экономике, честной в спорте – как со сражением за привилегии, ограниченные ресурсы, выживание.

В различных парадигмах для обозначения конкуренции используются синонимичные слова: «соперничество», «борьба за власть», «состязание», «противоборство», «противостояние» и схожие по сути «ревность», «зависть».

Психологический смысл конкуренции мало чем отличается от общепринятого понимания этого феномена – это такие взаимоотношения или взаимодействие между людьми, которым свойственна явная или скрытая борьба за признание, внимание, любовь, материальные блага, власть, самореализацию и самовыражение.

Пишу и слышу разговор своих детей с кухни. «Эй, а мне мороженое?!» – восклицает младший. «Тебе не дают, что ли? Иди и возьми в холодильнике, там есть», – отвечает старший. Маленькое проявление сиблингового соперничества[3].

Честная, или здоровая, конкуренция подразумевает сотрудничество, стимулирует появление новых идей, решений, стремление к развитию. Противоположность – недобросовестная, или нездоровая, конкуренция. Она исключает возможность партнерства и превращается в борьбу за место под солнцем, «ходьбу по головам», козни, конфликты.

Соперничество – социокультурный феномен и часть человеческой природы. Мы стремимся общаться и вступать в группы по интересам, быть частью целого, большего. Ощущение принадлежности помогает чувствовать себя увереннее, дает ощущение спокойствия, защищенности, собственной нужности. Кроме того, нам свойственно искать образцы эталонной жизни вовне как опору, не отставать от общепринятых ориентиров, целей, ценностей. Большинство из нас желают быть максимально успешными, активными, всеми любимыми.

Сравнивая себя с другими, мы выстраиваем свою внутреннюю систему координат: кто я в этом мире? Какой я?

В контексте конкуренции напомню, что наши семьи сложились благодаря тому, что однажды мы одержали победу над соперниками, став для любимого человека самыми желанными.

Так что потребность сравнивать, быть лучше, превосходить – абсолютно нормальное эволюционное стремление расширять пределы возможного, создавать комфортную среду существования. Усложняет ситуацию, когда наша внутрипсихическая система координат держится исключительно на внешней оценке по принципу «то, как меня видят другие, говорит о том, кто я есть на самом деле», тогда даже незначительная критика превращается в катастрофу. Мы проваливаемся в свое особенное, уязвимое, сдобренное переживаниями «я», где мы вечно маленькие, беспомощные, проигравшие и безутешные. Там горечь от своей неудачи простирается далеко за пределы «здесь и сейчас», вороша весь прошлый опыт, где хоть что-то не получалось.

<p>Конкуренция в семье</p>