Течет река Мойка. Правый берег. От Невского проспекта до Устья

Российский дипломат, советский генерал-лейтенант Алексей Алексеевич Игнатьев (1877–1954), автор известных воспоминаний «50 лет в строю», трижды переизданных в СССР, был знаком с М. А. Беляевым задолго до его неожиданного высокого назначения императором на столь трагическую для него государственную должность. Вот что он писал в своих воспоминаниях о Беляеве: «Беляева, будущего военного министра, я знал по маньчжурской войне. Там ему, полковнику Генерального штаба, не нашли лучшего применения, как заведовать полевым казначейством. Он привозил нам из тыла кипы желтых рублевых бумажек – наше жалованье: бумажки мы прозвали „чумизой“, а Беляева – „мертвой головой“ из-за лысого, лишенного всякой жизни черепа. Как я мог предполагать, что именно этому усердному кабинетному работнику, давно оторванному от армии и военной жизни, суждено будет сделать столь блестящую карьеру?!

Михаил Алексеевич Беляев

От природы застенчивый и боявшийся собственной тени, Беляев знал в свое время маньчжурских „зонтов“, остерегался их едких язычков и потому, несмотря на свой генеральский чин, относился к ним всегда с некоторой опаской…».

Беседа с Беляевым позволила графу А. А. Игнатьеву впоследствии охарактеризовать его как самого покорного и удобного прислужника последних лет Российской империи в невероятно тяжелых условиях на фронтах Первой мировой войны.

1 августа 1914 года М. А. Беляев назначается исполняющим обязанности начальника Генерального штаба и 2 апреля 1916 года утверждается Николаем II в этой должности. В августе того же года генерал от инфантерии М. А. Беляев отстраняется от должности начальника Генштаба и назначается членом Военного совета и представителем русского командования при румынской Главной квартире. И, наконец, 3 января 1917 года внезапно становится военным министром Российской империи.

В дни Февральской революции 1917 года новый военный министр делает слабые попытки организовать решительное подавление беспорядков в столице. Беляев совместно с начальником Петроградского военного округа и командующим войсками округа генерал-лейтенантом С. С. Хабаловым объявляют в Петрограде осадное положение и просят Ставку организовать присылку в столицу с фронта верных престолу воинских частей.

Главнокомандующий всеми сухопутными и морскими вооруженными силами император Николай II 27 февраля 1917 года запишет в своем дневнике: «В Петрограде начались беспорядки несколько дней тому назад; к сожалению, в них стали принимать участие войска. Отвратительное чувство быть так далеко и получать отрывочные нехорошие известия!» На следующий день, 28 февраля, Николай II долго разговаривал с генерал-адъютантом, членом Государственного совета и командующим Юго-Западным фронтом Н. И. Ивановым и распорядился направить в мятежный Петроград, в помощь военному министру Беляеву и командующему Петроградским военным округом генералу Хабалову, верные трону войска для наведения порядка в столице. 28 февраля 1917 года из Царской Ставки в Петроград отправился специальный военный эшелон с георгиевскими кавалерами под командованием генерала Н. И. Иванова, наделенного диктаторскими полномочиями для подавления мятежа и водворения порядка в Петрограде. Однако особый воинский эшелон не смог прорваться в столицу, ибо все железнодорожные пути к этому времени уже оказались заняты восставшими войсками.

1 марта 1917 года по постановлению Временного революционного правительства на набережной реки Мойки, в резиденции военного министра Российской империи, арестовывается его глава – последний военный министр М. А. Беляев, ставший одним из заключенных казематов Петропавловской крепости. Правда, его довольно скоро освободили из заключения. Однако по постановлению Временного правительства от 1 июля 1917 года его вновь подвергают аресту, в крепости даже заводят официальное судебное дело. На многочисленных допросах бывшего царского военного министра Чрезвычайная следственная комиссия Временного правительства, пытавшаяся обвинить М. А. Беляева в злоупотреблениях, не смогла установить в ходе судебного следствия каких-либо преступлений и криминальных проступков со стороны обвиняемого. После Октябрьского переворота 1917 года Михаил Алексеевич Беляев освобождается из тюрьмы постановлением революционного советского правительства. Он остается в Петрограде, ведет затворнический образ жизни и участия в общественных мероприятиях и политической работе не принимает. Однако, несмотря ни на что, генерал, старый государственный деятель и последний военный министр Российской империи, в 1918 году внезапно арестовывается по ордеру ЧК и через несколько дней приговаривается к расстрелу. Приговор немедленно приводится в исполнение.