Тёмные времена. Наследники Александра Невского

Сказав это, Михей растворился во тьме. Август бессильно повалился на траву. Ну и русские. Как вообще здесь можно хоть чего-то понять. Он уже не раз работал при дворах западных герцогов и королей под разными личинами, но только здесь он понял, что ничего не знает о своём ремесле.

Даниил и отец Арсений

После свадьбы сестры Даниил Александрович вместе со своим опекуном великим князем Ярославом Ярославовичем вернулись во Владимир. Даниилу было всего семь лет от роду, но ему, как князю, не было дозволено думать только о забавах и прочих радостях. Великий князь Ярослав, конечно, не был ему отцом и, часто занятый своими государственными делами, не уделял отроку много времени. Но всё же он настоял, чтобы Даниила учили грамоте.

Изучение грамоты было нелёгким делом для отрока, которому конечно же больше нравились подвижные занятия. Особенно любил Даниил езду верхом.

В те дни во Владимире все только и говорили о славной победе полков земли Русской под Раковором. Кто-то славил имена князей, кто-то наоборот.

После окончания занятий Даниил поспешил в Успенский собор, где он встречался с монахом Арсением. Странно получилось, но именно Арсений для Даниила стал тем самым другом, который был ему нужен. Арсений без стеснения говорил с ним, и не только то, что положено говорить в подобных случаях.

– Скажи, Арсений, а под Раковором погибшие все в рай попадут?

– Сложный вопрос ты задал мне, Даниил. Но люди, которые свою жизнь, не страшась, отдали за Отечество своё, за детей и родителей своих, конечно же у Господа нашего на особом счету будут.

– Скажи, а не приведёт ли битва эта к новым и новым смертям? Чует сердце моё, что ливонцы не простят нам этой победы.

– Ты увидел суть, Даниил. Те, кто стоят в строю, несут ответственность лишь за себя, а те, кто отправил их на сечу, несут ответ за всех их. И за то, что сделали они или не сделали.

– Ты хочешь сказать, что кровь вновь польётся?

– А когда она не лилась?

– А можно ли построить княжество такое, чтобы в нем не было всё только на крови и битве построено?

– Это и есть твоя задача, князь Даниил, построить такое государство, где сможет любой человек, живущий в нем, не с оружием в руках, а иными способами доказывать своё право на существование.

– О чём ты говоришь?

– Я, Даниил, говорю лишь о том, что сильное государство сможет дать людям возможность не постоянно убивать, а жить в мире.

– Любое сильное государство пытаются растащить на куски сильные державы, так как боятся его.

– Это потому, что надо законы наследования менять и не дробить страну на уделы, а соединять в одно сильное государство. Об этом ещё Андрей Боголюбский говорил.

– Он не очень хорошо кончил.

– Это оттого, что он всё силой насаждал.

– А как ты предлагаешь насаждать подобное? Хитростью?

– Нет, князь, любовью. Ты младший брат, и тебе нет нужды бороться за великое княжение. Учись мирить братьев твоих и уберегай земли свои от разорения.

Даниил по-своему относился к своему другу. С одной стороны, он не во всём доверял его словам, но видел в них и умные зерна. Все только и говорили о том, что наступило время менять порядок престолонаследия. И в се предлагали свои способы, винили во всем законы старины и не хотели увидеть очевидного. Плохи были не законы, а выборочность их исполнения. Плохо было не оттого, что русские воины не умели побеждать. Плохо оттого, что не умели они победой своей пользоваться. Это и вело землю Русскую не к процветанию, а к увяданию.

Даниил Александрович понимал, что его дядя Ярослав Ярославович, подобно отцу его, пытается найти для Руси путь, при котором вернётся она на своё прошлое место, возвеличенная и могучая. Но делая одно действие в этом направлении, Ярослав тут же делал другое, но совсем в обратном. Хоть и мал был Даниил, но видел, что подливает масло в огонь его дядя, постоянно притесняя Дмитрия, а Андрея, наоборот, усиливая.

Поиски невесты для Дмитрия

Дмитрию Александровичу исполнилось уже восемнадцать лет. Возраст весьма достойный для князя. Вопрос о женитьбе вставал как бы сам собой. Правда, несмотря на достаточно большой вес на Руси, переславльскому князю выбрать невесту оказалось непросто.

Дмитрий понимал, что выбирать супругу ему надо не по красоте, а по тому, какую пользу она может принести. В сторону Смоленска глядеть смысла не было. Со смоленскими князьями у него был заключён союз благодаря браку Константина Ростиславовича и Евдокии. Князь Дмитрий хотел породниться с Галицкими королями. Они были второй силой на Руси и, несмотря на то, что нити, связывающие всех Рюриковичей, с каждым годом неуклонно слабели, влияли на всю Русь.

– Алексей, – обратился князь Дмитрий Александрович к одному из своих ближников, – поедешь в Галич к королю Льву и скажешь, что князь переславльский Дмитрий ищет руки княжны из его рода. Тебе доверяю жизнь свою, не подведи меня. Возьмёшь с собой голубей и будешь мне всё подробно отписывать.

– Слушаюсь, князь, – сказал Алексей и вышел.