Тёмные времена. Звон вечевого колокола

– А знаешь, что ему сказала ведьма Ядвига перед смертью? – спросил боярин Антон Васильевич Марткинич у боярина Варфоломея Ильича. – Она сказала, что он будет изгнан.

– Ага, – отозвался боярин Варфоломей Ильич, – а ещё она сказала, что мы все умрём! Вот этот старый дурак нас на смерть и ополчает! Знаешь, сколько у великого князя силы?

– И сколько?

– Двести тысяч. С ним только татар десять туменов, да литовцы со смоленскими полками, да суздальская рать и переславская, да ещё владимирские ратники. Приходит смерть наша, Антон Васильевич. Сбывается предсказание Ядвиги-литовки, а всё это потому, что надо было не мечом её протыкать, а на кол посадить. Лучше осиновый. И чтоб она сама в муках издохла. А Павша Ананьевич её мечом. Нормальный человек сразу издохнет, а ей дьявол силы дал всех нас проклясть!

– Да не может с ним быть двести тысяч. Я слышал, что только тринадцать тысяч и один тумен татар. Мы и больше собрать сможем!

– Не знаю, не знаю, боярин. Может, и не двести, конечно, но поверь мне, Новгород падёт!

Великий князь подходит к Новгороду

Рать великого князя, конечно же, не насчитывала двухсот тысяч. В ней едва ли было больше десяти тысяч, но и эта сила была немалой. От тысяцкого Ратибора сначала пришла весть о том, что великий царь и хан дал ему десять тысяч всадников, но после этой пришла и другая, в которой Ратибор сообщал, что рать вернулась обратно и он проследовал вместе с ней к великому царю и хану, чтобы постараться ещё раз убедить послать её на Новгород. Получалось, что даже если хан и пришлёт своих ратников, то это будет не раньше весны.

Великий князь Ярослав подошёл с ратью к Городищу. На встречу с ним вышли новгородцы. Все, от мала до велика, взялись за оружие.

– Князь, – обратился Ярослав Ярославович к своему племяннику Дмитрию Александровичу, – думаешь, есть ли у нас силы снести новгородцев?

– Думаю, дядя, что если и надо когда атаковать, то сейчас.

– А может, испугаются и сдадутся? Мне кажется, что новгородцы всех кого можно вооружили.

– Вот именно. А вскоре к ним ещё и помощь от пригородов придёт. Если они соединят свои силы, то как бы и вовсе нас не разбили.

Ярослав Ярославович задумался. Во-первых, очень сильно не хотелось ему лить кровь новгородцев, а во-вторых, видел великий князь, что смоленские ратники не хотят в бой идти и великий князь Глеб Ростиславович, хоть и привёл свою рать, битвы тоже не желает. Смоленский великий князь и вовсе может начать переговоры с Новгородом, и тогда владимирская рать будет разбита.

– Ну чего, дядя, поведём рать на новгородцев? Если ударим дружно, то сегодня мы уже будем пировать в Новгороде!

– А если проиграем, то навсегда потеряем этот город. Перестанет он быть Русью. Без монгольских ратников потери будут велики. Княжич Василий с тобой?

– Да, великий князь. Он брат мой и командует моими ратниками. Я в своём праве.

– Да не ругаю я тебя за это, Дима, просто будь осторожен, ведь монголы могут не только на него свой гнев обратить, но и на тебя с младшими братьями. Битвы не будет, отводим рать к Русе.

Князь Дмитрий сильно расстроился от этого решения. Если когда и можно было одержать вверх над новгородцами, так это сейчас. Больше такого момента, по его мнению, не подвернётся. Смалодушничал великий князь, вот и не желает рать на сечу вести.

Впрочем, спорить князь Дмитрий не стал и возвратился к своим людям. Княжич Василий подошёл к брату и начал расспрашивать его:

– Ну чего, Дим, что говорит великий князь? Будет ли сеча и где наше место?

– А не будет, Вася, сечи. Отходим к Русе. Смалодушничал великий князь. Говорит, что людей ему жалко. Просто, может, и зря мы все его боимся. Дядя, видно, давно забыл, с какой стороны за меч берутся. Ладно, поведём рать к Русе. Я в глубине души надеялся, что великий князь тебя, Вася, там наместником посадит. Да чую, не пировать нам в Новгороде.

Между тем великий князь Ярослав Ярославович распорядился выступать к Русе и занять её. Великий князь подозвал к себе своего друга боярина Андрея Вратиславовича.

– Андрюш, – обратился великий князь к своему ближнику, – поедешь в Новгород и обратишься к боярам и посаднику. Скажешь, что я прощаю им все обиды, которые они мне нанесли, и все князья земель русских будут мне в этом порукой, а они пусть вернутся под мою руку.

– Великий князь, думаю, в Новгороде воспримут это как слабость! Раз уж пришли мы сюда с оружием в руках, то настаёт время битвы!

– Да не одолеем мы новгородцев без татарской силы, и не придёт она к нам, боярин. Делай, что я приказал. Езжай в Новгород. Не сразу, а часов через пять.

Новгородская рать и боярин Андрей Вратиславович

Рать новгородцев ликовала. Воинство великого князя вместо того, чтобы готовиться к штурму, отступило. Павша Ананьевич перекрестился, едва он понял, что великий князь отходит. До тех пор, пока не подошёл к Новгороду князь псковский Довмонт, никто и поверить в то, что новгородцы выстоят, не смог бы.