Том 29. Письма 1833-1854

Мисс Кутс предложила мне внести в программу темы лекций, находящихся под контролем Комитета. Не поместить ли нам об этом статью в газете? И кому ее писать — Вам или мне? Такая статья придаст этим лекциям более серьезный и воспитательный характер. Если ответите мне до четверга, пишите на городской адрес.

Полагаю, в последние дни Вы поняли, что Лемон великолепно сыграет сэра Джеффри? Думаю, Топхем будет восхитителен в роди Иси. Завтра вечером и во вторник мы репетируем в Ковент-гардене. Тогда будет ясно, что у нас получается. Преданный Вам, дорогой мой Бульвер.

Дамы кланяются.

Я написал королеве и отправил письмо через Фипса.

242У. УИЛСУ

Грейт-Молверн,

пятница, 28 марта 1851 г.

Дорогой Уилс!

Прочту статью Дюма-младшего о смертной казни сегодня вечером. Не успею сделать это до последней почты (здесь ее отправляют слишком рано), так как у меня накопилось много писем, которые требуют ответа, но я отправлю ее утренней почтой, на случай, если Вам нужно будет знать мое мнение о ней днем в редакции. Вообще говоря, я не люблю, когда ради подобной цели описывают казни, — а этот француз вряд ли скажет что-нибудь утешительное. Впрочем, посмотрим.

В Вашем письме, которое мне переслали сюда, было прошение о воспомоществовании (и, пожалуй, уже двадцатое по счету, написанное тем же почерком) и подписанное: «Томас Льюис». Не могу понять, то ли он сумасшедший, то ли необыкновенно наглый бездельник. Пишу о нем только для того, чтобы предупредить Вас: ничего ему не давайте.

Все, что могу сделать для кебов, сделаю завтра [221].

Искренне Ваш.

243У. Г. УИЛСУ

Грейт-Молверн,

пятница вечером, 28 марта 1851 г.

Дорогой Уилс, мне совсем не нравится статья молодого Дюма. Опубликование такой статьи может быть оправдано лишь ее литературными достоинствами, но она крайне поверхностна и неудовлетворительна. Еще больше возражений вызывает то обстоятельство, что это перевод с французского. Я категорически против ее помещения.

Посылаю статью Честертона. В ней нет ничего особенного, называется она: «Хладнокровие воров». Если несколько смягчить самые грубые слова, а также слишком выспренние выражения, будет неплохо.

Преданный Вам.

244У. Г. УИЛСУ

Девоншир-террас,

четверг утром, 3 апреля 1851 г.

Дорогой Уилс!

Во время вчерашней вечерней прогулки все прояснилось лишь в общих чертах.

Однако сегодня вечером я придумал, как раздобыть блестящий материал для номера. Имея в виду связь со статьей о газовом освещении (газ — это великое дело для успешной работы полиции), я задумал статью: «Ночь в полицейском участке». Если бы Вы посетили нашего друга в Скотленд-Ярде и взяли у него письмо или предписание главному начальнику полицейского участка на Боу-стрит, для того чтобы мы могли присутствовать при допросах арестованных, изучать жизнь полицейского участка всю ночь напролет, обойти камеры вместе с полицейскими и т. д., я бы мог пробыть там, скажем, с 12 ночи до 4–5 утра. В соседнем заведении можно выпить, закусить и обогреться. Мы пошли бы вдвоем, если бы Вам удалось урвать у ночи час-другой. Если нет — я пойду один. Статья будет просто великолепная и появится как раз вовремя, когда всякого рода иностранцы толпами устремляются в лондонские трущобы.

Не говорите, что я вхожу в подробности, хотя в этом нет еще пока необходимости, и не подымайте, конечно, что я предлагаю осуществить свой план сегодня ночью: я так утомлен моими печальными делами и предшествовавшими им обстоятельствами [222], что даже не в состоянии отдохнуть как полагается. Но завтра вечером мы отправимся под газовые фонари. Вероятно, нескоро я буду так расположен посетить полицейский участок, как сегодня ночью, кроме того, я боюсь упустить этот единственный в своем роде восхитительный с литературной точки зрения материал.

Таким образом, если Вы устроите все до 4-х часов дня, когда я приеду, думаю, что никто в Скотленд-Ярде не откажет Вам. Если же нашего друга, волею судеб, не будет на месте, я займусь этим сам.

Возможно, они посоветуют нам посетить другой полицейский участок для той же цели или сочтут, что нам следует заглянуть в несколько участков под руководством надежных людей. Мы, разумеется, заплатим кому полагается и поступим так, как нам рекомендуют. Но я думаю, что лучше всего побывать в одном из главных полицейских участков.

Преданный Вам.

245Э. БУЛЬВЕР-ЛИТТОНУ

Девоншир-террас,

понедельник, 28 апреля 1851 г.

Дорогой Бульвер!

Чувствую Ваше беспокойство и постараюсь отослать это письмо с посыльным. Надеюсь, оно успокоит Вас окончательно.