Третий Рейх. Война. Книга II. Кризис и крах

На Западном Кавказе оставалась 17-я армия вермахта, которая добралась до Эльбруса и Майкопа. План отступления предписывал 17-й армии оставаться на Кубани — там Гитлер задумал создать стартовую площадку для повторного броска 400 тысяч солдат в Азию в 1943 г. Базой этого плацдарма должен был стать Крым[232]. Первоначально Гитлер хотел перебросить на Кубань и 1-ю танковую армию; только энергичные протесты полевых командиров заставили его отказаться от этой абсурдной идеи и передать основную часть этой армии Манштейну, отправив на Кубань только ее 52-й танковый корпус и 13-ю танковую дивизию.

17-я армия также вела изнурительную борьбу со временем и с противником. В основном, это были пехотные части, горные подразделения и артиллерия на конной тяге, которые за четыре недели прошли 400 км без машин, располагая только вьючными животными, чтобы тащить орудия и снабженческие подводы. Они спускались с гор в Кубанскую степь, на Таманский полуостров, где Гитлер и предполагал создать плацдарм. Планы Гитлера были очевидны, и советское командование решило отрезать пути отступления 17-й армии на Таманский полуостров.

Сталин планировал взять Новороссийск совместной операцией с моря и с суши. Десант должен был создать в удобной точке плацдарм и наступать на соединение с 47-й армией, которая должна была наступать севернее Новороссийска. Таким образом, 17-я немецкая армия должна быть отрезана от Тамани и от Крыма. В окружение должны были попасть силы вдвое большие, чем 6-я армия в Сталинградском котле. Первоначально десант планировали совместить с фронтальным прорывом сухопутного фронта. Но, поскольку прорыв так и не был осуществлен, советское командование решилось на рискованную атаку на немецкие позиции с юга.

4 февраля 1943 г. главные силы десанта под командованием контр-адмирала Н. Е. Басистого высаживались у поселка Южная Озерейка. Для его прикрытия с моря и артиллерийской поддержки выделялся отряд крейсеров и эсминцев вице-адмирала Л. А. Владимирского. Отвлекающие (вспомогательные) десанты высаживались: морской (под командой вице-адмирала Г. Н. Холостякова) прямо у Новороссийска, в Цемесской бухте у поселка Станичка (около 900 человек — добровольцы во главе с майором Цезарем Львовичем Куниковым), а воздушный — в глубине побережья у поселка Васильевка.

Артподготовку флот провел неточно и не вовремя (на полтора часа раньше прибытия десанта), по существу предупредив немцев о готовящемся десанте. К тому же отряду Басистого не повезло — он начал высадку в самом центре обороны противника, которую держала немецкая зенитная батарея (4 орудия) и 53-й пехотный румынский полк. Как только первые советские моряки высадились на пляж, он сразу был освещен прожекторами и начался ураганный огонь. Почти сразу погиб диспетчер высадки, и управление боем было потеряно. Вслед за штурмовыми отрядами к берегу стали подходить наиболее уязвимые цели — тихоходные баржи с танками. Баржи были уничтожены, но несколько танков все же сошло на берег. Те, кто успел высадиться, продолжали бой и после сигнала на отход, который дал Басистый, увидев, что положение безнадежное. Шестерым морякам даже удалось в итоге прорваться к своим. На месте боя немцы насчитали 630 трупов советских солдат, еще 542 человека оказалось в плену, остальные утонули в холодном февральском море[233].

После этого демонстрационный десант неожиданно для советского командования стал основным. Дело в том, что прикрывавшие берег у поселка Станичка части румынской 10-й дивизии были деморализованы неожиданной атакой десанта Куликова. После удачного прорыва Куникова советское и немецкое командование оказались перед совершенно неожиданной ситуацией. Командующий Черноморской группой войск Закавказского фронта генерал И. Е. Петров, до последнего момента угнетенный провалом операции в заливе Озе-рейка, был обрадован захватом плацдарма прямо у Новороссийска. В ночь на 5 февраля, под прикрытием очень метких советских береговых орудий на восточном берегу Цемесской бухты, Петров двинул на плацдарм Куникова целый воздушно-десантный полк на катерах и небольших десантных судах. В последующие две ночи на «Малую землю» были переправлены все те силы, которые предназначались для залива Озерейка — около 8 тысяч солдат. Береговой плацдарм четыре на три километра был набит войсками. Замполит 18-й советской армии полковник Л. И. Брежнев несколько раз был на «Малой земле», поднимая дух бойцов. Очень большой пользой от десанта было то, что наблюдатели на высоте Станички управляли артиллерийским огнем советских береговых батарей с холмов на восточной стороне[234].