Три тысячелетия секретных служб мира. Заказчики и исполнители тайных миссий и операций

— О да, — кивнул Редль, — это мой футляр. Благодарю вас.

Но тут он заколебался. Где он пользовался перочинным ножом в последний раз? В первом такси, вынимая деньги из конвертов! Он бросил взгляд на портье, который вешал ключи на место. Неподалеку стоял другой человек, видимо поглощенный чтением газеты. Редль положил футляр в карман и направился к выходу.

Сыщик, читавший газету, кинулся в телефонную будку и потребовал: «123408» — секретный номер штаба политической полиции в Вене. Так руководству КС стали известны события последнего увлекательного часа. За письмами, адресованными «Опера Бал, 13», наконец пришли. Их получатель воспользовался двумя таксомоторами, чтобы запутать возможных шпиков, но имел не осторожность потерять футляр от перочинного ножа. Установлено — по собственному признанию получателя перед свидетелем, — что сей футляр принадлежит Альфреду Редлю, тому самому полковнику Редлю, начальнику штаба 8-го армейского корпуса, расквартированного в Праге.

Можно представить себе изумление чинов австрийской разведки. Их бывший руководитель, их ревностный наставник, их вдохновитель! Капитан Ронге поспешил на почту за подробностями. В отделе венского почтамта «До востребования» все получающие письма должны были заполнять краткий формуляр:

Вид вложения:

Адрес на пакете:

Укажите (по возможности), откуда ожидаете:

Ронге увез с собой бланк, заполненный джентльменом, получавшим письма на адрес «Опера Бал, 13». С потайной полки в своем кабинете он достал небольшой, изящно переплетенный томик. Это была рукопись, документ на 40 страничках, собственноручно написанный Редлем, который находил его слишком конфиденциальным, чтобы отдавать в перепечатку. Рукопись содержала советы его преемнику по КС, его, так сказать, «завещание», сделанное перед повышением и переводом в Прагу.

Помимо многочисленных тонкостей шпионажа и секретной службы, этот документ суммировал опыт пяти лет слежки за шпионами, а теперь должен был помочь разоблачению самого мастера шпионажа, полковника Редля!

Доказательства измены

Ронге сличил почтовый формуляр с рукописью. Сомнений быть не могло — это почерк Редля. Именно он получил подозрительные почтовые пакеты с крупными денежными суммами. Это еще не доказывало, что Редль предатель: он мог действовать по чьему-либо поручению и вести дело в частном порядке. Но то, что письма пришли из Эйдкунена, пограничного центра секретной службы, гнезда международного шпионажа, вызывало подозрение!

Раздумье капитана Ронге нарушило появление одного из сыщиков, следивших за Редлем. Он привез новые доказательства?

— Фрагментарно, — усмехнулся тот и достал из кармана несколько клочков рваной бумаги.

С волнением Ронге склонился над бумажками и стал их складывать кусочек к кусочку.

Спустя полчаса с пазлом справились. Ронге и сыщик тщательно изучили улику. Без всяких сомнений, Редль был шпионом и предателем.

Клочки бумаги попали к сыщику при любопытных обстоятельствах. Когда Редль ушел из отеля «Кломзер», оба сыщика последовали за ним. Оглянувшись и узнав человека, стоявшего в вестибюле гостиницы и читавшего газету, Редль ускорил шаг. И только несколько минут спустя, на углу Штраусгассе, ему удалось от них оторваться.

Но уже через сотню метров, направо, перед сыщиками открылась Волнерштрассе. Редль пропал! Они решили, что он, должно быть, вошел в здание биржи, в котором имелось три выхода. Выбрав тот, что выходил на широкую площадь, они увидели его фигуру. Дойдя до площади, Редль обернулся и снова ускорил шаг.

Теперь он шел по длинному Тифенграбену и, не видя возможности оторваться от преследователей, прибег к хитрости. Вынув из кармана какие-то бумаги, он изорвал их и, не глядя, выбросил. Полковник не сомневался, что если его преследуют так настойчиво, то это может означать только то, что он провалился. Так что поздно волноваться насчет «улик»; главное сейчас — улизнуть от этих людей, где-нибудь уединиться и попытаться найти выход из положения.

Редль надеялся, что сыщики остановятся подобрать бумажки, но они не стали этого делать. Они следовали за ним, пока на Конкордияплац не приблизились к стоянке таксомоторов. Редль не взял машины, так как его преследователи могли сделать то же самое. Он продолжал идти. Но один из сыщиков вскочил в машину и быстро уехал. Редль продолжал свою прогулку по Вене, прошел Гейнрихгассе до набережной Франца-Иосифа, затем дальше по Шоттенрингу, свернул на Шоттенгассе и попал опять в свой отель.