Три тысячелетия секретных служб мира. Заказчики и исполнители тайных миссий и операций

Французы сорок лет бредили реваншем, мечтали о возвращении Эльзас-Лотарингии, о расплате за Седан и за сдачу Парижа. Что же так долго готовила эта мощная военная держава к «неизбежному» конфликту и упустила из виду в своих требованиях? Если не брать в расчет легкую 75-миллиметровую полевую пушку, то можно сказать, что Франция оказалась практически неподготовленной к войне и могла считаться жертвой неожиданного и внезапного нападения. Французская разведка, маниакальная сосредоточенность которой на тевтонской угрозе погубила Дрейфуса, отправила Пикара в тюрьму, Лажу в изгнание и жестоко исковеркала или разрушила подпольную деятельность тысячи агентов, — эта разведка начала мировую войну с того, что внесла солидную контрибуцию в победу Германии. В августе 1914 года на полях сражений оказалось вдвое больше немецких солдат, чем ожидал французский генеральный штаб. Агенты и эксперты из разведки, оценивая численность германской армии, «учитывали только действующие дивизии», хотя прежде французская разведка «учитывала возможность того, что немцы с самого начала пустят в ход резервные соединения». Так что «главная ошибка французского плана заключалась в том, что немцы располагали вдвое большим числом войск, чем их могло быть по оценкам французской разведки — вполне достаточным для широкомасштабного маневра».

После 1906 года, когда молодой фон Мольтке сменил знаменитого графа Шлиффена на посту начальника германского генерального штаба, к общему числу германских дивизий прибавилось девять новых. Но хотя у специалистов французской разведки имелся восьмилетний срок на исправление прежних ошибок и выявление роста численности германской армии, они упорствовали в своем заблуждении и даже склонили на свою сторону генерала Жоффра. Его впечатляющий «план XVII», построенный на принципе offensive à outrance (наступление до конца), исходил из ошибочного расчета, послужившего одной из причин провала «плана XVII», который пришлось менять буквально на поле боя.

Это грубейшее заблуждение свело на нет также данные некоторых важных шпионских донесений, полученных бельгийской разведкой. До 1912 года Бельгия тратила очень мало средств на военный шпионаж. Поскольку напряжение в Европе не уменьшалось, брюссельские власти обратились к услугам нескольких секретных агентов: бельгийских генералов главным образом смущали слухи о новой германской осадной артиллерии.

Укрепления Антверпена, Льежа и Намюра оптимистически считались «крепкими» и даже «неприступными». Они могли выдержать огонь германских 21-сантиметровых или французских 22-сантиметровых орудий, между тем уже японцы применяли 28-сантиметровые орудия при бомбардировке высоты 202 и других главных укреплений Порт-Артура. Поэтому бельгийские шпионы направились в Австрию и Германию и выведали все, что только можно было узнать о последних моделях крупповских пушек и гаубиц «Шкоды». Австрогерманские союзники располагали орудиями, калибр которых в полтора раза превышал 11-дюймовые осадные гаубицы Японии.

Говорят, что один из шпионов привез с собой подробное и точное описание огромной 42-сантиметровой гаубицы «Шкоды», однако не получил за это благодарности. Все посчитали, что принимать какие-либо меры уже «слишком поздно» и «слишком накладно», а перестраивать бельгийские крепости с тем, чтобы они могли выдержать огонь новых осадных орудий, невозможно. Кроме того, бельгийский генеральный штаб придерживался мнения, что если давать официальную огласку столь дурным вестям, то это может обеспокоить главнокомандующего — самого бельгийского короля.

Людендорф отпирает врата Льежа

Оставить бельгийские крепости на произвол судьбы было непростительной ошибкой. Льеж защищал «бутылочное горлышко», сквозь которое должны были пройти две германские армии — генерала фон Клука и генерала фон Бюлова, прежде чем получить возможность развернуться и ринуться на юг, против французов и англичан. Крепость Льеж прикрывала не менее четырех железнодорожных линий, по которым только и могли снабжаться германские захватчики после начала действий. Чтобы овладеть этим жизненно важным выходом у Мааса на бельгийскую равнину севернее Арденн, германский генеральный штаб подготовил группу из шести пехотных бригад с большим количеством артиллерии, самокатчиков и автомобилей, которую и держал наготове у бельгийской границы в течение нескольких лет. Шпионы своевременно донесли до Брюсселя о сокрушительной силе готовящегося тарана, но даже после этого ничто не могло улучшить положение слабо укрепленного Льежа.