Центральная и Восточная Европа в Средние века. История возникновения славянских государств

Этот отрывок из хроники был с презрением отвергнут историками, что, впрочем, вполне понятно, поскольку в тексте он находится между утверждениями, не внушающими никакого доверия. Тем не менее мы считаем, что он действительно отражает события самого начала XI века, хотя последующие происшествия сделали традицию неясной – ведь польско-венгерский эпизод был относительно коротким.

Новые события стали тяжелым ударом для императора, который не мог не понимать, насколько опасно позволить Болеславу Великому, хозяину Богемии и союзнику Генриха из Нордгау, вырасти в силу, с которой придется считаться. Надо было что-то делать с двумя Пржемыслидами, Яромиром и Ольдржихом, которым снова пришлось покинуть страну. Их присутствие в Баварии было обузой, а он был готов заплатить хорошую цену за дружбу с Польшей. Когда Болеслав попросил императора заключить в тюрьму Ольдржиха, наиболее опасного из братьев, тот был вынужден пойти ему навстречу и даже выразил готовность признать события в Богемии fait accompli (свершившимся фактом), если только князь согласится принять свою страну из рук императора как фьеф империи.

Трудно сказать, отверг ли Болеслав Великий предложение, поскольку считал себя достаточно сильным, чтобы ставить императору свои условия, или он был готов принять его, зная, что претензии императора на Богемию опираются на исторические и юридические основания. Вероятнее всего, в свете последнего опыта он просто не поверил Генриху II. Он мог узнать, что, отправляя посла в Польшу, император вел переговоры о заключении нового могущественного союза против поляков. Титмар сообщает, что ратарии, самое могущественное племя из конфедерации велетов, в это время отправили посольство к императору, который принял его с невиданным дружелюбием.

Пока еще нельзя утверждать, что Болеслав стремился к полному разрыву отношений с империей. Как и все его современники, он был воспитан в старой имперской идеологии и надеялся, что концепция империи Оттона и ее отношения с Польшей, теперь присоединившей Богемию, еще могут быть спасены, но для этого необходим другой император. И у Болеслава даже был наготове кандидат – Генрих из Нордгау, который мог рассчитывать на поддержку и других мятежных элементов, включая брата императора Бруно.

Оккупация Богемии поляками дала маркграфу Генриху стимул для поднятия восстания. Но император не дремал, и, пока его противники еще занимались сплочением своих рядов, он выступил из Саксонии в Баварию и, совершив молниеносный маневр, атаковал мятежников. Результат оказался превосходным. Болеслав, пославший только вспомогательные войска в помощь союзнику, вскоре получил разгромленного маркграфа в качестве гостя в своей новой пражской резиденции.

Урегулировав дела с мятежниками, Генрих II приступил к завоеванию Богемии. Но вместо того, чтобы попытаться захватить страну лобовой атакой для собственной выгоды, он проявил дальновидность и решил явиться туда в качестве освободителя и мстителя, имеющего совершенно бескорыстную цель – восстановить национальную династию Пржемыслидов. В сопровождении князя Яромира и его брата Ольдржиха он выступил в сторону Богемских гор. Поскольку хватка Польши в Богемии еще была непрочной, а местная аристократия поддерживала Пржемыслидов, слух о том, что чешские принцы вместе с императором, распространился со скоростью лесного пожара среди чешских воинов, помогавших поляку защищать Богемию, и именно этот слух, а не сила оружия, помог императору преодолеть богемские перевалы. Испуганный этим начальным успехом, Болеслав приказал оставить Прагу и увел свои войска в направлении Польши. Во время этой эвакуации был убит Собеслав, брат святого Адальберта, последний из Славниковичей. С ним умерла надежда на восстановление династии.

Яромир овладел не только Вышеградом, гарнизон которого сохранил ему верность, но и Прагой, куда вскоре прибыл Генрих II и 8 сентября был принят князем с королевскими почестями. Понятно, что Генрих воспользовался возможностью, чтобы заново подтвердить вассальную зависимость Богемии от империи. На встрече в Праге он передал страну Яромиру как имперский фьеф. Опасность для империи была ликвидирована, противник бежал, и Богемия снова оказалась под протекторатом Германии. Генрих из Норгау бежал, а друзья маркграфа в Праге предприняли первые шаги к примирению между ним и императором, которые имели успех. Осталось только урегулировать отношения с Болеславом Великим, а эта задача была вовсе не простой.

Чтобы добиться своей цели, Генрих II отбросил все принципы, на которых его предшественники строили империю, и заключил союз с языческой славянской федерацией велетов. Подразумевалось, что чешский князь Яромир поможет императору войсками. Поскольку разные этапы борьбы и военных операций Генриха II против Болеслава Великого описывались Титмаром, а также в анналах Кведлинбурга и Хильдесхайма, а также подробно изучались современными немецкими и польскими авторами, нет смысла повторяться. Достаточно лишь указать на те черты этой затянувшейся борьбы, которые наименее известны.