Это обстоятельство, вероятно, подсказало Генриху II, когда он готовился нанести второй удар по Польше, попросить о помощи своего родственника. А Стефан, безусловно, увидел в предлагаемой комбинации отличную возможность расширить свои владения в сторону Карпат. К сожалению, у нас нет прямой информации о противостоянии между Венгрией и Польшей и его результате. Не лучше мы информированы и о ходе мадьярского проникновения на северо-восток и восток. Стефан определенно присвоил территории за Тисой, которая до мадьярского вторжения принадлежала Болгарии и была заселена болгарскими славянами, смешанными с другими восточнославянскими племенами, впоследствии названными русинами, которые, начиная с X века, продвигались за Карпаты. Иммиграция русинов за Карпаты, в северную часть Венгрии и Трансильванию, как правило, датируется X–XII веками. В этот период их теснили печенеги. Некоторые племена проникли в этот регион еще в VII веке.
Нам также мало что известно относительно завоевания современной Словакии Стефаном, ошибочно приписываемого венгерской хроникой XIII века Арпаду. Нам только известно, что современная Словакия была в руках венгров в 1031 году, но невозможно сказать, в какой именно период правления Стефана имело место завоевание. Маловероятно, что Стефан покорил ее сразу после 1007 года – Болеславу Великому было бы очень трудно удержать Моравию, не имея под контролем Словакию, а поскольку Моравия находилась под властью Польши в 1017 году и стала чешской значительно позже – около 1029 года, можно предположить, что Стефан аннексировал Словакию после смерти Болеслава.
В любом случае тот факт, что император, как светский глава христианского мира, обратился к христианскому королю за помощью, чтобы сокрушить другое христианское государство, весьма показателен. Впечатление у людей, должно быть, создавалось ужасное, поскольку речь шла о правителях недавно принявших христианство народов. Если они привыкли верить, что император имеет определенные права на все христианские народы, им не могло не прийти в голову, что он не всегда ведет себя в строгом соответствии со своим привилегированным положением. Нет сомнений, что при Генрихе II в отношениях между Римской – Германской империей и ее негерманскими соседями появился новый фактор – открытая жажда господства, завоевания и подчинения. Старая идеология еще продолжала существовать, но исключительно для приукрашивания действительности, чтобы подкрепить якобы существующие права императора. А когда стала ясна истинная цель, оппозиция императору стала быстро расти и со стороны негерманских соседей, и со стороны папства. Так шло развитие Европы в Средние века, сопровождавшееся борьбой, бросившей тень на многие последующие столетия.
Во время правления Болеслава возобновилась старая вражда между Польшей и Киевской Русью, хотя не следует придавать излишнюю важность вторжению Болеслава на территории русов. Рост польского могущества оказался впечатляющим, ив 1013 году князь Владимир (980—1015) договорился о браке своего сына и наследника Святополка с дочерью польского князя. Посольство, возглавляемое епископом Колобжега (Кольберга) Райнберном, сопровождало княжну в Туров, которым правил Святополк. Но у немецкого прелата, вероятно, не было дипломатических способностей, потому что очень скоро возникли трения между ним, князем, его польской супругой и населением. Некоторые историки приписывают непонимание неуклюжим попыткам Райнберна переманить молодое Русское христианство от Византии к Риму. Однако подобные намерения польского епископа в 1013 году представляются невероятными, поскольку в это время неприязни между западным и восточным христианством еще не было. Достаточно вспомнить, с какой сердечностью Бруно был принят русским князем и как Владимир поддерживал его миссию у печенегов, хотя Бруно был германцем и принадлежал к западной церкви. Вероятнее всего, епископ сделал попытку натравить Святополка на отца – ведь Польше было выгоднее, чтобы польская княжна обосновалась с молодым супругом в Киеве. Но Владимир узнал о заговоре и, чтобы пресечь возможность его развития на корню, велел бросить в тюрьму епископа, юного князя и княжну. Инцидент произошел во время польско-германской войны: князь поспешил установить мир с Генрихом II в 1013 году, нанял войска из числа заклятых врагов русского князя – печенегов и демонстративно вторгся на территорию русов. Он, разумеется, причинил некоторый ущерб, но больше не получил ничего. Епископ умер в заключении, а Святополк вместе с супругой спасся.