«Центурионы» Ивана Грозного. Воеводы и головы московского войска второй половины XVI в.

Что представляло из себя новое место службы Матвея Ржевского, каким был гарнизон Полоцка, как и чем он был вооружен? Во время осады зимой 1563 г. войсками Ивана Грозного город сильно пострадал, поэтому, покидая его вскоре после взятия, Иван наказал воеводам, остающимся на «годование», «город… делати… наспех, не мешкоя, полое место, да и во всем городе изсматривати. Да которые места будет пригож поделати, и бояром и воеводам те места нужные велети поделати и покрепити, и землею насыпати, в котором месте как пригоже, чтобы было безстрашно. Да и ров около города изсмотрити и внутри города, да где будет надобе с приступных мест рвов старых почистити и новые покопати, посмотря по местом, для подкопу… Да и в остроге за Полотою бояром и воеводам изъездити и изсмотрити, и посметити, которые места выгорело, и то место велети заделати… накрепко, стены в три или в четыре, как будет ригоже, и землею насыпати, и подошевные бои и башни поделати для стенного бою, и рвы старые около стен поделати, а будет в котором месте пригож, рвы и новые покопати»²⁹⁷. Результаты проделанной воеводами работы хорошо видны из рисунков секретаря Стефана Батория Ст. Пахоловицкого, участника осады Полоцка в 1579 г., гравюр Я. Баптисты и описания Р. Гейденштейна²⁹⁸. Последний отмечал, в частности, что Полоцк состоял из трех частей – сильно укрепленного Верхнего замка (или Большого города русских источников. – В. П.), примыкавшей к нему Стрелецкой крепости (Стрелецкого города или Нижнего замка. – В. П.) и возведенного за рекой Полотой Заполотья, полоцкого посада. И, характеризуя качества города как крепости, Гейденштейн добавлял: «Полоцк – город, сильно укрепленный самой природой, а также и искусством, и ввиду своего пограничного положения весьма тщательно снабженный припасами, пушками, порохом и всеми военными снарядами, так как неприятель не мог сомневаться, что (в случае нашествия) ему придется выдержать первое нападение»²⁹⁹. Сам по себе Стрелецкий город, ведение над которым было поручено князю Щербатову и Ржевскому, занимал площадь примерно 6 га, был обнесен мощным валом с внутренним дубовым каркасом, поверх которого шел деревянный острог с 8 башнями, и рвом. Внутри города находилась еще одна мощная башня-донжон, оснащенная артиллерией³⁰⁰.

К сожалению, точная численность и состав полоцкого гарнизона неизвестны. Польский хронист М. Стрыйковский сообщает, правда, что «всех годных для боя и обороны замка московских людей было ровно 6 тыс.»³⁰¹, но входят ли сюда только дети боярские с их послужильцами, стрельцы, пушкари и казаки или же вместе с ними посчитаны и полоцкие посадские люди вместе с укрывшимися в городе крестьянами окрестных деревень – неясно. Во всяком случае, в 1571 г. помимо детей боярских с послужильцами «полотцкого архиепископа Антонья» и разных городов (упоминаются дорогобужане, новгородцы, лучане), в Полоцке находились два стрелецких приказа («Дмитреева прибору Уварова» да «Плетенева прибору Чихачова»), один казачий («Григорьева прибору Бурцова»), и, возможно, казаки «Ратаева прибору Голянищева»³⁰². Кстати, о том, что стрельцов в Полоцке явно было больше, чем один «прибор», свидетельствуют как разрядные записи, так и послание Батория осажденным с предложением капитулировать³⁰³. Об оснащенности Полоцка огнестрельным оружием можно судить по сведениям, что приводятся в хронике другого польского хрониста, М. Бельского, согласно которой после капитуляции в руки поляков попали 38 пушек, 300 гаковниц и почти 600 «долгих» ручниц³⁰⁴. Для сравнения – в отстроенном заново после взятия Полоцке Стефан Баторий оставил 27 пушек, 29 гаковниц и 1 смиговницу (многоствольную пушку), а гарнизон составлял 900 человек, в том числе 400 конных и 500 пеших, а также 19 артиллеристов³⁰⁵.