Убейте собаку! Или Первая правдивая книга о сценариях

Когда речь заходит о моем процессе написания чего-либо по заказу (в отличие от работы без контракта, на себя), он ничем не отличается. Для примера моей работы в качестве соисполнительного продюсера сериала «Морская полиция: Новый Орлеан»: я представлю 16-ю серию 4-го сезона с названием «Эмпатия».

Во-первых, «Эмпатия» – это ужасное, невероятно заезженное название. Оно такое прямолинейное, лишенное таинственности, интриги, да мало ли чего еще, и, в довершение всего, не совсем соответствует содержанию эпизода.

Я хотел назвать свой эпизод «Реквием», но была другая серия, которой это название подходило больше, и тогда я придумал новый вариант – «Серое вещество». С этим названием он прошел все стадии разработки концепции, поэпизодников и т. д. После того как я сдал черновой вариант сценария, шоураннер по необъяснимой причине изменил название на «Эмпатию». Когда я спросил, почему, его ответ был примерно таким: «Потому что это про сочувствие».

О, нет. Но это его сериал, а не мой.

Для меня такова часть работы над чужим сериалом. Упомянутый шоураннер был не самым креативным человеком, но даже когда кажется, что вашу идею не понимают, даже когда они делают неправильный творческий или иной выбор, даже когда вы знаете, что их предложения не идут на пользу сериалу, вы должны с этим смириться. Иначе они быстро найдут кого-то более покладистого.

С чего все началось

Речь идет о второй половине четвертого сезона, и я уже принял решение покинуть шоу. В сценарной комнате сложилась токсичная обстановка, творчество не поощрялось, и, хотя работа хорошо оплачивалась и давала авторам авторитет в телевизионном мире, я чувствовал себя несчастным. Именно поэтому для меня был очень значим последний эпизод, который я написал для этой гигантской франшизы.

Ранее я потерял отца из-за болезни Альцгеймера, и мне хотелось как-то это упомянуть. Сама идея не имела никакого отношения к сериалу «Морская полиция: Новый Орлеан», но я стремился сказать что-то в память о моем покойном отце. Нам, писателям, нужно высказываться, иначе какой смысл в нашем творчестве? Зачем вообще им заниматься? Очевидно, что мои отношения с отцом влияют на меня сегодняшнего, и я хотел почтить его память.

Шоураннер в то время любил спрашивать: «Что на постере?» То есть, если бы надо было подготовить афишу эпизода, что за изображение на ней бы было? Таков его способ раскрыть сюжет: требовалось найти кадр из серии, который воплощал бы в сокращенном виде идею эпизода, предлагаемую нами.

Например, если сценарист предлагал идею о том, что Прайду (персонажу, которого играет Скотт Бакула) предстояло наперегонки со злоумышленниками найти и обезвредить бомбу до того, как она взорвет весь город, сценарист должен был дать шоураннеру название кадра или названия фильмов со схожим сюжетом, чтобы тот мог мысленно визуализировать эту идею.

По моему скромному мнению, это не лучший способ придумывать сюжеты. Он делает все, что вы придумываете, вторичным, что, наверное, неплохо, если вы заняты гигантской телевизионной франшизой, где все эпизоды должны иметь много общего. Но если вы хотите выпустить отличный телесериал и рассказывать отличные истории, этого недостаточно.

Но это было не мое шоу.

Одна из моих сильных сторон в том, что я хорошо разбираюсь в людях и их поведении. К тому моменту я уже довольно хорошо изучил шоураннера, понимал, что ему нравится и что нет, и что такое в его представлении «выходить за рамки». Для него пределом возможного нарушения правил было не что иное, как постер либо к фильму, который получил признание критиков, но не был широко известен, либо к иностранному фильму. Я вспомнил, что видел блестящий бельгийский триллер «Синдром Альцгеймера» о стареющем киллере, который борется с болезнью Альцгеймера. Я использовал его постер, чтобы предложить свою идею шоураннеру. Киллер приезжает в Новый Орлеан, чтобы избавиться от помощника в Конгрессе, но, похоже, убивает не тех, кого нужно.

Шоураннер был заинтригован, но не мог понять, как этот сюжет сможет стать эпизодом сериала. Тут на помощь пришли мои коллеги-сценаристы. Обсуждая идею, мы придумали, как команда морской полиции захочет уничтожить этого мерзкого киллера, но всезнающий Прайд согласится не сразу. Он настолько умнее любого другого телеперсонажа, что сумеет почувствовать: с киллером что-то не так.

В конце концов мы узнаем, что люди, которых убивает киллер, – это другие наемные убийцы, посланные, чтобы убрать помощника конгресса, и полицейские должны выяснить, почему. Моя идея заключалась в том, что киллер – участник войны, который встал на темную сторону по мере того, как болезнь Альцгеймера начала распространяться в его мозгу. Он не воспринимает себя как наемного убийцу, но помнит только себя – героя войны. Это чрезмерное упрощение, но вы поняли идею.