Укриана. Фантом на русском поле

Впрочем, когда учёные говорили «поляки», великий святой нашего времени Лаврентий Черниговский смотрел глубже. Он писал: «В Польше была тайная жидовская столица. Иудеи понуждали поляков завоёвывать Русь. Когда поляки завоевали часть Руси, то отдали иудеям в аренду православные монастыри и церкви. Священники и православные люди не могли без их разрешения совершать никаких треб…

Почитайте и не думайте, что автор преувеличивает.

Иудеям очень не нравились слова: «Русь» и «русский», поэтому они назвали… завоёванные поляками и отданные им в аренду русские земли… Окраиной — Украиной… Какая окраина? Чего, почему окраина?! Ведь за этой мнимой иудо-польской окраиной находятся другие страны и государства. И позже по их же указке поляки узаконили нам понятия «Украина» и «украинцы», чтобы мы охотно забыли свое название «русский», навсегда оторвались от Святой и Православной Руси».

И ведь — сработало! Может быть, русская наука не дала вовремя должного ответа? Что ж, ещё Солоневич писал, что искажённая история — главная беда России. А известный ученый Н.М.Покровский, по-советски переписавший историю, утверждал, что «история есть политика, опрокинутая в прошлое». Так вот поляки и «опрокинули» несчастную историю Южной Руси. Лежит она и бредит.

Воды выпейте и читайте дальше.

Теперь нет нужды развивать украинологию за рубежом. «Бывшие русские» делают всё сами. «Сокрытие исторической правды об аномальном характере генезиса и развития «украинского народа» и составляет сверхзадачу «украинской историографии» и тех совершенно фантастических небылиц, которыми заполнены «научные труды» ее представителей. Например, о начале человечества от «украинского национального древа», о происхождении «украинцев» от жителей Атлантиды, об украинском происхождении Христа и открытии «украинцами» Америки». [53, с.87].

Среди взаимоисключающих, но одинаково приятных укрианскому сердцу «открытий» фигурируют и такие: «У нас есть все основания считать, что Овидий (!) писал стихи на древнем украинском языке». «Украинский язык — допотопный, язык Ноя (!), самый древний язык в мире, от которого произошли кавказско-яфетические, прахамитские и прасемитские группы языков». «Древний украинский язык — санскрит (!) — стал праматерью всех индоевропейских языков». «В основе санскрита лежит какой-то загадочный язык «сан-сар», занесённый на нашу планету с Венеры (!). Не об украинском ли языке речь?» [53, с.45].

Впрочем, кто от кого произошёл, в Клеве ещё окончательно не определились. Некоторые авторы пишут, что укрианская цивилизация сформировалась на базе греческой и римской, остатки которых имеются в Крыму (когда Крым стал украинским, не говорится). Впрочем, я думаю, эта теория будет отвергнута. Происхождение от каких-то греков и римлян — слишком слабо для великой Укрианы.

Подхватывая тональность подобных высказываний укрианской науки, юмористы поместили в Интернете уже целый набор карикатур. Под изображением летящего птеротактиля подпись: древние укры первыми поднялись в воздух. Под картинкой какого-то чудища: укры первыми вышли из воды на сушу и т. д. Впрочем, после «украинского языка, прибывшего с Венеры», это уже не очень смешно.

Роль укров и их потомков — поистине мировая. Она выгодно отличается от жалкой и жестокой истории помеси угро-финнов с монголами, именуемых ныне москалями. Справедливости ради надо сказать, что столь разительный контраст — также не является изобретением нынешних незалэжных этнографов.

Центр Вселенной.

Пляска «русской смерти»

Я удивляюсь, почему на Укриане сейчас не цитируют Рабле, который ставил московитов в один ряд с троглодитами!

И здесь уместно сказать, что традиционную польскую русофобию и её укрианскую дочь надо рассматривать не только в историческом контексте русофобии общеевропейской, но и в контексте самых разных многовековых страхов, присущих немцу, англичанину, французу и т. д. Да, иллюзорный, преувеличенный, шизофренический страх характерен для них.

Первое описанное в литературе явление массового страха — ожидание Конца Света на исходе первого тысячелетия. Страх Страшного Суда был таким, что папский престол даже придумал успокаивающее европейца «чистилище». Потом — страх, вызванный Столетней войной и эпидемией чумы. В XV веке своего апогея достиг страх перед диаволом и смертью. Зачастую иррациональный — возможно, связанный с отпадением от Вселенской Церкви — страх. Да и как не бояться! Благодатной защиты-то не стало!

Во французский язык тогда явилось слово macabre, не имеющее ясной этимологии и как будто кем-то посланное. «Оно вошло во все европейские языки и в словарях переводится на русский язык как погребальный, мрачный, жуткий и т. д. Но эти слова не передают действительного смысла слова macabre, он гораздо значительнее и страшнее». [34, с.218]. Нет у нас такого страха и слова такого нет!