Читаем Unitas, или Краткая история туалета полностью

В XIX веке появились новые слова для обозначения туалета. Слово «уборная», перекочевавшее из XVIII столетия, по-прежнему обозначало помещение для одевания. («Уборная — комната, в коей одеваются, убираются, наряжаются, моются, притираются», — читаем у В. И. Даля.). Император Александр III жил в Петергофе в маленьком дворце, занимая наверху две очень маленькие комнаты, воспоминаниям современника, «лица, являвшиеся с вкладом к императору, для того чтобы пройти в его капнет, должны были проходить через его уборную, где годились костюмы государя и вообще все принадлежости уборной». Современники А. С. Пушкина правильно понимали следующие строки, которые по причине употребленного в них вышеприведенного слова у современного человека могли бы вызвать недоумение: Он три часа по крайней мере Пред зеркалами проводил И из уборной выходил Подобный ветреной Венере.

А вот слово «туалет» имело несколько значений, только не то, которое известно нам сегодня: женский ряд, или приведение в порядок своего внешнего вида («совершать туалет»), или столик с зеркалом, за которым причесываются и наводят красоту. Тот же Пушкин в том же «Евгении Онегине» пишет о своем герое:

В последнем вкусе туалетом

Заняв ваш любопытный взгляд,

Я мог бы пред ученым светом

Здесь описать его наряд.

Сослуживец И. А. Крылова М. Е. Лобанов отмечал в своих воспоминаниях: «Крылов не был охотник до туалета», и тогдашнему читателю было ясно, о чем речь, тем более что последующие слова развеивали сомнения, могущие возникнуть у несведущего человека: "...чаще бывал он немытый и нечесаный"».

К середине XIX века, после того как в петербургских городских квартирах поселился металлический воронкообразный горшок, помещение для отправления естественных надобностей стало называться «клозетом». Заимствовано оно, разумеется, у англичан («closet»), пионеров по части многих аспектов туалетного дела, и означало (у них) «чулан», «кабинет», ау нас заменило выходившее из употребления выражение «отхожее место». Впрочем, что «кабинет», что «клозет» — суть места для уединения. И там, и там человек предоставлен самому себе, и там, и там он всегда найдет себе дело или занятие. Туалет вообще заменяет многим кабинет, ибо другого места побыть в одиночестве у некоторых наших современников попросту нет.

Еще в первой половине XIX века, по мере увеличения этажности доходных домов, на черных лестницах для жильцов квартир, не имевших ватерклозета, стали появляться отхожие места так называемой «пролетной» системы, которые, по словам современника, «распространяли жуткую вонь». Литератор А. П. Башуцкий писал: «Часто, входя в переднюю хорошего дома, вы находите ее грязною, безобразною, в беспорядке, и здесь уже запах ламп, кухни или ... неприятно "поражает ваше обоняние».

Не названные Башуцким отхожие места располагались на лестничной площадке рядом с окном в неглубоки нише без двери. Выводные рукава очищались редко (зимой нечистоты замерзали на всем протяжении пролета), и в наружный выгреб попадали преимущественно жидкие нечистоты. Специфический запах распространялся не только на лестницах, на которых находились отхожие места, но и в квартирах и во дворах.

В старых питерских домах, избежавших капитального ремонта, эти ниши и каменные стульчаки с заложенными дырками сохранились до сих пор. Когда в квартирах «тали появляться «клозеты», а потом «ватерклозеты», отхожими местами на лестницах продолжали пользоваться жильцы квартир верхних этажей и мансард, не имевших этих удобств, а также прислуга из квартир, где эти удобства были.

Отхожими местами «пролетной» системы служили и отдельно стоявшие во дворах места общего пользования («общие ретирадники») — ими пользовались дворники, Швейцары, работники некоторых торговых заведений и отчасти обитатели подвальных квартир. К1900 году общие Клозеты во дворе имелись в 22% петербургских домов.

«Клозеты» были вытеснены «ватерклозетами» — в этих последних горшок омывался водой («water», как известно, по-английски «вода»[16]). Самым первым ватерклозетом было сантехническое приспособление системы «Монитор» (стоил немало — 6 рублей), не имевшее верхнего бака с водой (т. е. сливного бачка), и при нажатии специальной ручки (реже — педали) вода из водопроводной трубы поступала прямо в приемную чашу (или «горшок»), а затем уже и в открывавшееся отверстие. Когда ручку отпускали, вода переставала поступать, и клапан, или «сковородка», закрывался, почти не пропуская в квартиру канализационных газов. Аналогичным устройством до сих пор пользуются пассажиры в поездах дальнего следования. Однако уже к концу XIX века ватерклозеты системы «Монитор» считались устаревшими.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Коллапс. Гибель Советского Союза
Коллапс. Гибель Советского Союза

Владислав Зубок – профессор Лондонской школы экономики и политических наук – в своей книге «Коллапс. Гибель Советского Союза» рассматривает причины и последствия распада СССР, оценивает влияние этого события на ход мировой истории и опровергает устоявшиеся мифы, главным из которых является миф о неизбежности распада Союза. «Коллапс» – это подробнейший разбор событий 1983-1991 гг., ставший итогом многолетних исследований автора, общения с непосредственными участниками событий и исследователями данного феномена, работы с документами в архивах США и России. В нем изображены политические и экономические проблемы государства, интеллектуальная беспомощность и нежелание элиты действовать. Все это наглядно аргументирует мысль автора, что распад Союза был прямым результатом контрпродуктивных реформ, которые ускорили приход республик к независимости. В формате a4.pdf сохранен издательский макет.

Владислав Мартинович Зубок

Документальная литература / Публицистика / Политика / Документальное
Покер лжецов
Покер лжецов

«Покер лжецов» – документальный вариант истории об инвестиционных банках, раскрывающий подоплеку повести Тома Вулфа «Bonfire of the Vanities» («Костер тщеславия»). Льюис описывает головокружительный путь своего героя по торговым площадкам фирмы Salomon Brothers в Лондоне и Нью-Йорке в середине бурных 1980-х годов, когда фирма являлась самым мощным и прибыльным инвестиционным банком мира. История этого пути – от простого стажера к подмастерью-геку и к победному званию «большой хобот» – оказалась забавной и пугающей. Это откровенный, безжалостный и захватывающий дух рассказ об истерической алчности и честолюбии в замкнутом, маниакально одержимом мире рынка облигаций. Эксцессы Уолл-стрит, бывшие центральной темой 80-х годов XX века, нашли точное отражение в «Покере лжецов».

Майкл Льюис

Биографии и Мемуары / Документальная литература
Chieftains
Chieftains

During the late 1970s and early 80s tension in Europe, between east and west, had grown until it appeared that war was virtually unavoidable. Soviet armies massed behind the 'Iron Curtain' that stretched from the Baltic to the Black Sea.In the west, Allied forces, British, American, and armies from virtually all the western countries, raised the levels of their training and readiness. A senior British army officer, General Sir John Hackett, had written a book of the likely strategies of the Allied forces if a war actually took place and, shortly after its publication, he suggested to his publisher Futura that it might be interesting to produce a novel based on the Third World War but from the point of view of the soldier on the ground.Bob Forrest-Webb, an author and ex-serviceman who had written several best-selling novels, was commissioned to write the book. As modern warfare tends to be extremely mobile, and as a worldwide event would surely include the threat of atomic weapons, it was decided that the book would mainly feature the armoured divisions already stationed in Germany facing the growing number of Soviet tanks and armoured artillery.With the assistance of the Ministry of Defence, Forrest-Webb undertook extensive research that included visits to various armoured regiments in the UK and Germany, and a large number of interviews with veteran members of the Armoured Corps, men who had experienced actual battle conditions in their vehicles from mined D-Day beaches under heavy fire, to warfare in more recent conflicts.It helped that Forrest-Webb's father-in-law, Bill Waterson, was an ex-Armoured Corps man with thirty years of service; including six years of war combat experience. He's still remembered at Bovington, Dorset, still an Armoured Corps base, and also home to the best tank museum in the world.Forrest-Webb believes in realism; realism in speech, and in action. The characters in his book behave as the men in actual tanks and in actual combat behave. You can smell the oil fumes and the sweat and gun-smoke in his writing. Armour is the spearhead of the army; it has to be hard, and sharp. The book is reputed to be the best novel ever written about tank warfare and is being re-published because that's what the guys in the tanks today have requested. When first published, the colonel of one of the armoured regiments stationed in Germany gave a copy to Princess Anne when she visited their base. When read by General Sir John Hackett, he stated: "A dramatic and authentic account", and that's what 'Chieftains' is.

Bob Forrest-Webb

Документальная литература