Unknown

- Вопросительные знаки - это логотип нашей компании. Как известно, знак вопроса - символ всего неизвестного. Мы исследуем странные явления и загадочные события, и наше самое большое преимущество в том, что мы подходим к нашим делам непредвзято. И думаем, что все возможно. Благодаря чему мы раскрыли много дел и не раз помогали в расследованиях полиции.

- Звучит здорово, - сказал Фред, засовывая карточку в карман.

Он помедлил, как будто собирался сказать что-то еще, но не решался.

- Ты что-то хочешь сказать? – решил помочь мальчику Боб.

- Ну, - Фред снова замялся. - Это может прозвучать глупо, но… вы можете взяться за расследование, ну, например, истории с призраками?

Юпитер внимательно посмотрел на него.

- Нас интересуют любые дела. И где водятся призраки?

- На пути следования поезда. В туннеле через Блэк-Маунтин.

Боб засмеялся:

- Конечно, это рекламный ход для привлечения туристов.

- Нет! - воскликнул Фред, оскорбленный. – Внутри слышны странные шумы и ужасные стоны, а по ночам из туннеля, выползают клубы тумана! Когда-то давно там произошла ужасная авария. И теперь там ходят мертвецы!

Питер сглотнул.

- Ты ведь не серьезно.

- Ох, еще как серьезно, – закивал головой Фред. – Вы можете мне не верить, но это правда. Ехать по нему довольно страшно, но мы не можем как-то иначе объехать пик Оуэнс, да и Карл в призраков не верит, говорит, что это все эти истории просто чушь собачья.

- Интересно, – пробормотал себе под нос Юпитер. И уже громче спросил. - Кто такой Карл?

- Карл Шиэн, машинист поезда. А кочегара зовут Сэм Рейли, и он мой дядя. Мне сейчас нужно еще проверить несколько билетов. Я приду к вам позже и принесу напитки – есть кола, сок, газировка, что захотите. - Затем он криво усмехнулся. - Есть мороженое, если я смогу незаметно добраться до холодильника. Карл пообещал приговорить меня к смертной казни, даже если я просто подумаю о холодильнике.

- Почему? – с любопытством спросил Боб.

- Потому что он уже застукал меня сегодня, когда я подбирался к нему потихоньку. И он не понимает, ведь я на работе! Карл заметил меня там перед пиком Оуэнс. И сильно разозлился! В любом случае, он запретил мне брать мороженое до особого распоряжения. - Он широко ухмыльнулся. - Но он впереди в машинном отделении, а оно далеко холодильника. Да и вы, в конце концов, платные пассажиры. Увидимся позже!

Он повернулся и исчез за дверью. Трое ребят переглянулись.

- Давай, Юп, - сказал Боб. - Скажи это.

- Уже вертится на кончике моего языка, – довольно сказал Юпитер. Он выпрямился на сиденье и объявил: - Три сыщика приступают к расследованию нового дела!

Глава 2. Разбитая мечта.

«Поездка на старинном поезде в музей Хэрроувилля».

Предлагаем вам незабываемое романтическое путешествие по железной дороге, - обещала брошюра, взятая ребятами на привокзальном стенде. Двигаясь от железнодорожного ретро-вокзала Стерлинга (построенного в 1900 году) поезд минует прекрасную долину реки Керн и мимо озера Изабелла отправиться к величественным пейзажам Сьерра-Невады. Железнодорожная линия «Sterling Harrowville Owens Peak», проложенная в 1902–1904 годах отважными пионерами «Harrowville Railroad Corporation» в негостеприимной пустыне, проходит через узкие долины, высокие перевалы и захватывающие дух ущелья. Эти бесстрашные люди работали и жили в тяжелейших условиях и постоянной борьбе с бушующими ураганами, дикими индейскими племенами и засухами. Эти неустрашимые герои...

Три сыщика вздохнув, переглянулись и по молчаливому согласию, решили не продолжать дальше чтение брошюры.

- Реклама, безусловно, необходима, – качая головой, сказал Юпитер, - но когда в одном предложении столь невероятное скопление прилагательных, мой мозг отказывается читать дальше.

Питер и Боб согласились с ним, брошюра полетела в ближайшую мусорную корзину. Локомотив тронулся, и у них началось - незабываемое романтическое путешествие по железной дороге. Но вот только - прекрасная долина реки Керн – пронеслась за окнами никем незамеченная, как и величественные пейзажи Сьерра-Невады – впустую демонстрировали свое великолепие. Юпитер вытащил из кармана сложенный лист бумаги и прочитал вслух, под мерный стук железных колес.