В голове убийцы. Наводящие ужас и вызывающие любопытство мотивы и мысли маньяков

По мнению Дэвида Кантера, криминалистическая осведомленность – это степень знания преступником методов полицейского расследования. Если она слишком высока, место преступления может оказаться совершенно чистым, без единой улики.

Криминалистическая осведомленность приобретается и совершенствуется с течением времени, после того как у человека появляется опыт убийства. При первом преступлении эти навыки вряд ли будут использованы, поэтому тщательный анализ первых криминальных актов считается очень важным. Как только убийца научится, он не оставит никаких следов.

Возможно, нынешнее распространение телевизионных сериалов о криминалистике и криминальных расследованиях (CSI, Criminal Minds, Profiler, Numbers, The Closer, The Hunt и др.) и научных журналов на ту же тему дает начинающим преступникам идеи и стратегии, которые в противном случае им пришлось бы осваивать гораздо дольше. Другими словами, им предлагается информация о том, что следует и чего не следует делать, если они планируют совершить преступление. Хотя, если подумать, в этом нет ничего нового: вспомните, как Артур Конан Дойл, создатель сыщика-интеллектуала Шерлока Холмса, неоднократно детально описывал меры предосторожности в своих великолепных рассказах.

24 сентября 2014 года арестом педофила из Сьюдад-Линеаль Антонио Ортиса Мартинеса завершилась операция «Кэнди». За четыре сексуальных преступления, совершенных в отношении несовершеннолетних, Мартинес был приговорен к 70 годам и шести месяцам тюрьмы[408]. После первых двух преступлений (в отношении девочек девяти и шести лет) в прессе появились публикации о том, что с криминологической точки зрения тот факт, что преступник накачивал наркотиками и купал своих жертв после актов насилия, свидетельствует о его криминалистической осознанности. Иными словами, убийца понимал то, что в криминологии называется «принципом обмена Локара»: любой контакт оставляет след.

ПЕДОФИЛ ЗНАЛ, ЧТО СЛЕДОВ, ОСТАВЛЕННЫХ ИМ НА МЕСТЕ ПРЕСТУПЛЕНИЯ, ДОСТАТОЧНО, ЧТОБЫ БЫТЬ ОПОЗНАННЫМ, АРЕСТОВАННЫМ И ОСУЖДЕННЫМ.

Таким образом, мы можем сказать, что криминалистическая осведомленность – это способность преступника или убийцы избежать связи с местом преступления. Сделать это можно только единственным способом: уничтожив все улики или не оставляя их вообще. Уничтожение улик планируется очень тщательно и выполняется скрупулезно. Однако методичность не спасла Ортиса от ареста: к краху его привели показания одной из свидетельниц. Соблазн перехитрить следователей, сыграв с ними в игру, – это результат огромного тщеславия, и за него почти всегда приходится расплачиваться тюремным сроком.

Не следует путать меры предосторожности с действиями, направленными на то, чтобы создать ложные впечатления о месте преступления (его инсценировка или имитация), особенно когда речь идет о единичном убийстве. Имитация предполагает гораздо более сложное, спланированное и комплексное изменение места преступления, что, в свою очередь, потребует от расследователей преступления самого пристального внимания. Подробнее мы остановимся на этом в главе 37. Гарридо утверждает, что «инсценировка или имитация места преступления – это одна из мер предосторожности, но она включает в себя гораздо более широкий спектр типов поведения»[409].

Психологу-криминалисту МО необходим для составления криминального или психологического профиля неизвестного преступника. Однако его знания недостаточно для того, чтобы отличить конкретного преступника от других, совершивших похожие злодеяния со схожим почерком.

Поэтому нам нужно нечто большее – а именно элементы, которые служат уникальными идентификаторами этого человека. И здесь в ход идут поведенческие или психологические улики, которые сохраняются на месте преступления и на самой жертве: подпись убийцы.

Почерк некоторых убийц…

• 1942–1944. Доктор Марсель Петио, не менее 27 жертв. Во время Второй мировой войны он обещал многим французам, преследуемым немцами, что поможет им покинуть Париж и уехать в Аргентину или другие страны Южной Америки при условии, что они заплатят ему по 25 000 франков. Приводя желающих покинуть Францию к себе домой, он говорил им, что перед поездкой нужно сделать прививку, и вводил им цианид. От тел он избавлялся по-разному: бросая их в Сену, окуная в негашеную известь или сжигая в печи, которую держал в подвале.