Результаты исследования позволили оценить, как ген МАОА влияет на различные виды антисоциального поведения (агрессия в отношении партнера, мелкое хулиганство) и эмоциональный фон (чрезмерная импульсивность, отсутствие сожаления о своих поступках[103]
и т. д.). Изабель Уэлле-Морен и другие ученые пришли к выводу, что будущее конкретного человека не обусловлено его генами, по крайней мере не больше, чем его окружением. Исследователи подчеркивают, что частично прогноз можно сделать, анализируя «постоянное взаимодействие человека с его окружением и генетическим наследием»[104]. Но определить, в какой степени на становление конкретной личности влияют генетические или социальные факторы, невозможно. Они неразрывно связаны, и развитие человека происходит под влиянием и тех и других.3. В исследованиях о хромосомах преступности утверждается, что их носители обладают высоким уровнем агрессивности[105]
. Такие выводы были сделаны в 40-х годах генетиком Патрицией Джейкобс в процессе изучения хромосомных аномалий, встречающихся в первую очередь у лиц, совершивших преступления на сексуальной почве. Впоследствии эти наблюдения были обобщены: лица с хромосомой преступности склонны к проявлениям жестокости и агрессии[106]. На связи между этой генетической аномалией и уровнем насилия была выстроена линия защиты Ричарда Спека. Он был приговорен к смертной казни за убийство восьми медсестер, однако его адвокату удалось смягчить приговор, сославшись на то, что изменения психики и крайняя жестокость подзащитного вызваны генетическими нарушениями. В итоге Спека приговорили к пожизненному заключению.Генетик Элиза Кинтана обнаружила, что Мануэль Дельгадо Вильегас по прозвищу Арропьеро, жестокий СУ и некрофил, также был носителем этой хромосомной аномалии. Тем не менее не все мужчины с этим типом трисомии – опасные убийцы, поскольку социальные и образовательные факторы тоже играют свою важную роль.
В итоге теория о хромосомах преступности была опровергнута, поскольку большинство СУ – носители стандартного генетического набора из 46 (а не 47) хромосом.
Невролог Дебра Нихофф считает, что «насилие – это поступательный процесс, результат развития мозга в его взаимодействии с окружающей средой»[107]
. Если человек уверен, что весь мир против него, и чрезвычайно остро реагирует на малейшее раздражение, он переходит в режим выживания, а его агрессивные реакции выходят из-под контроля. Нихофф утверждает, что «биология – это не приговор»: у нас есть достаточно инструментов для снижения уровня насилия при условии создания безопасной среды[108]. Таким образом, преступный коктейль состоит из неврологических (биологических) и психологических (социальных) факторов, то есть из генетической предрасположенности к насилию и травматичного детства. Но нам не хватает знаний о пропорциях этого коктейля – как должны смешаться биология и социальные факторы, чтобы это привело к возникновению кровожадного хищника. Сарнофф А. Медник описывал преступный коктейль как флеш-рояль в покере: чтобы стать преступником, нужно иметь все необходимые карты[109].Рассматривая снимки мозга СУ и психопатов, полученных с помощью позитронно-эмиссионной томографии, нейробиолог Джеймс Фэллон случайно смешал эти снимки с другими, предназначенными для исследования болезни Альцгеймера. В этой второй стопке лежали ПЭТ-снимки его собственного мозга и членов его семьи. Достав очередной снимок, он обнаружил явную патологию: наблюдалась низкая активность в определенных зонах лобной и височной долей, отвечающих за эмпатию, этические принципы и самообладание. Зная, что на изображении мозг одного из его родных, Фэллон решил нарушить условия эксперимента, который проводился слепым методом. По коду снимка он понял, что мозг с выраженными патологиями принадлежит ему самому. Фэллон провел углубленное генетическое исследование и обнаружил, что у него есть мутация в гене МАОА, которая часто проявляется в склонности к жестокости и психопатическому поведению. Это яркий пример того, что даже с мозгом психопата человек может никогда не перейти черту. Таким образом, преступное поведение не обусловлено только лишь генетическими (биологическими) факторами. У Фэллона было счастливое полноценное детство, и влияние благоприятной среды оказалось сильнее генетической предрасположенности к насилию. Сам себя нейробиолог называет «просоциальным психопатом» или «хорошим психопатом». Он состоялся как профессионал, у него широкий круг общения, и, несмотря на отсутствие эмпатии, он способен следовать социальным нормам. В своей книге «Психопатия изнутри: путешествие нейробиолога в темную область мозга» Фэллон объясняет, что человек может иметь тот же набор генетических признаков, что и серийный убийца, и никогда не причинять никому вреда.