В Одессу на майские. Некурортный роман

— Но ведь ваши мучители в основном молодые люди. Они выросли на новых учебниках, на антирусской пропаганде. Однако не вся молодёжь Одессы вышла вас убивать. Семена ненависти приживаются только на порочной почве, она даёт всходы только в агрессивных душах, склонных к садизму, и не стоит считать, что такие души бывают только украинскими. Когда Германия стала гитлеровской, и в этой высоко цивилизованной нации нашлись садисты, придумавшие концентрационные лагеря, газовые камеры и саму идею уничтожения людей другой национальности. Не так давно, и десяти лет не прошло, как и в России появилась проблема нацизма и ксенофобии. Ходили наши фашисты маршами (сама однажды такой толпой была окружена, едва выбралась), делали тату, свастики, зиговали, брили головы, читали «Майн кампф», но главное, били инородцев из Средней Азии и Кавказа. Где они теперь? Возможно, в подполье, но их не видно, так как общественность и власть объявили им войну. Я к тому, что экстремистов хватает в любом народе. Украинское правительство не смогло или не захотело подавить националистические течения. Почему? Да потому, что им нужна была внутри страны русофобская сила, которая в любую минуту могла бы раскрутить антирусский шабаш и обвинить в просчётах и коррупции собственного правительства — северных соседей. Всем правителям самостийной Украины было выгодно очернить русский народ, а как иначе оправдать развал Союза, который по живому разрывал связи с нашими народами? Только оболгав Россию, только превратив её во врага, можно было убедить украинцев, живущих за пределами западной части страны, что все беды в стране от собственных братьев, что, только оторвавшись от них, страна расцветёт. Только отделившись от северных варваров и войдя в Европейский Союз, украинцы станут уважаемыми европейцами и заживут сыто и богато. Это у большинства русских счастье не в богатстве, а у любого из украинцев, где бы он ни жил, желание стать богатым и знатным, то есть паном, является основной национальной идеей.

— Я не могу понять, а куда смотрела Россия? — удивился Петя. — Прижали бы как-нибудь.

— Были попытки, но кто правит в современной России? Бизнес, ему все равно, что думает о его стране покупатель, главное, чтобы брал газ, нефть, лес и прочие российские товары. А народ молчал, как и промолчал по поводу одесской трагедии. У нас принято выступать или за правительство или против него, а вот против того, что и так понятно, например, с осуждением фашизма или любого другого злодеяния никто на улицу без команды правительства не выйдет. Почему такой команды не последовало? Возможно, сочли этот повод недостаточным и решили, что покипит разум возмущённый и успокоится. Даже когда произошла одесская трагедия, погрозили пальчиком с экрана, пошумел наш представитель в ООН, и достаточно. Мировая общественность, представленная в этой организации проамериканскими силами, предпочла вовсе не заметить, кто кого сжёг в Одессе. Не в их интересах обращать внимание на жестокие шалости своих любимцев. Вот если бы это произошло в России, тогда бы можно было и пошуметь.

— Ну, а народ Одессы почему не защитил нас? — не унимался Пётр.

— Я помню, что ты уже об этом спрашивал. А вот скажи мне, если бы это все случилось с тобой не в Одессе, а в Питере, кому бы ты позвонил с просьбой о помощи?

— Ребятам: Пашке, Терминатору и Матросу, извините, Ромке и Глебу.

— Понятно, своим близким друзьям, которые наверняка были бы там вместе с тобой, как Саша с Мариком. А стал бы ты звонить просто знакомым? Вряд ли, просто знакомый с места не сдвинется. Да и некогда было молодёжи звонить. Судя по вашим рассказам и по тому, что показывали по телевизору, они сразу приняли бой и в большинстве своём погибли в первый час схватки. Кто из взрослых людей ходит на такие сходки? Как правило, народ либо одинокий, кого остановить некому, либо семьями. Таким образом, звать куликовцам было особо некого.

— Точно, — вставила своё слово Ира. — У нас на крыше сидели все одинокие, кроме Анны Викторовны. Она хотела позвонить сыну, но не стала его подвергать опасности.