В одну реку дважды. Сирийская война глазами русского наемника

Настроение не улучшилось и по возвращении в отряд. Пока Мартин отсутствовал, все вовлеченные в переезд успели переругаться между собой. Впрочем, это была обычная суета и мелкие склоки, пребывание в базовом лагере — это как отдушина, здесь можно не сдерживаться и ругаться с товарищем сколько душа просит: утром как ни в чем не бывало пожмут друг другу руки. На переднем крае конфликты недопустимы, перебранки случаются, но общая заряженность на бой сводит ссоры на нет — не до них, когда перед тобой маячит перспектива получить пулю или осколок.

Ладно, пора на боковую, завтра собрать последние вещи и вперед, на завод. Мартин, распластавшись на кровати, быстро погрузился в состояние глубокого сна, правда ненадолго: холод ночи брал свое, а в палатке только двое — кому-нибудь неизбежно приходилось вставать и заново топить печку.

Глава 29.Ненова Пальмира

И снова Пальмира. В начале марта, как и год назад, легионерам предстояло выполнить немалую часть работы по освобождению города, который так трусливо и бездарно сдала игиловцам сирийская армия. Впрочем, тому, кто знал, как умеют «воевать» садыки, особенно удивляться было нечему. Пальмиру обороняли формально собранные в одну группировку разномастные части армии САР с плохо обученными и не испытывающими никакого желания воевать солдатами, которыми управляли чванливые и корыстные дилетанты в погонах с большими звездами, не способные ни установить четкие рамки подчиненности, ни наладить взаимодействие, ни спланировать совместную оборону. Российские советники ничего поделать с этим толком не могли. Менять структуру сирийских вооруженных сил их никто не уполномочивал, к тому же наступление отрядов ИГИЛ[31] на Пальмиру они и сами попросту прозевали.

Боевики пошли в атаку, используя свой излюбленный прием — пустив впереди себя начиненные взрывчаткой джихад-мобили, что вызвало в сирийских войсках полную дезорганизацию и панику. Вся масса обороняющихся, даже не пытаясь оказать хотя бы минимум сопротивления, бросилась бежать. Игиловцы на своих пикапах выискивали по всей пустыне мечущиеся группы сирийских солдат и устраивали на них сафари. Горько признавать, но и подразделения российского контингента, стоявшие в Пальмире, повели себя не лучшим образом. Бросив склады, заполненные вооружением, даже не попытавшись уничтожить их, они недолго думая погрузились в машины и «бодро» укатили на свои тыловые базы. Позже, чтобы хоть как-то оправдать прогремевший на весь мир позорный разгром, будет придумана красивая легенда об огромной, оснащенной до зубов четырехтысячной группировке ИГИЛ, перед которой, стоически обороняясь и отдавая каждый метр земли с боями, не смогла-таки устоять доблестная сирийская армия. В действительности же игиловцы, к тому моменту теснимые со всех сторон, уже не обладали таким количеством боевиков. На Пальмиру наступали отряды общей численностью не более четырехсот-пятисот человек. Но пропаганда для того и существует, чтобы самое бесславное поражение превратить в героическую победу.

Командование российского контингента, уже не сильно полагаясь на боевые качества и способность сирийской армии самостоятельно справиться с игиловскими группировками, не стало изобретать велосипед и использовало для возвращения Пальмиры план прошлогодней операции. Суть его заключалась в следующем: легионеры снова выступают в роли основной ударной силы и берут под контроль хребет, возвышающийся к югу от дороги, а сирийская армия ведет наступление вдоль трассы и выходит к пригородам. Далее легионеры «заносят» фланг и захватывают аэропорт, угрожая отрезать духов от путей отхода. И тем, по непоколебимой убежденности российских генералов, не останется ничего другого, как быстро покинуть город и отступить в сторону Ирака и далее на север.

Смяв на подступах к пригороду слабые кордоны духов, русские наемники изготовились к финальному броску. Ждали, когда подтянутся с хребта со своими парнями Найк и Иностранец. Две противоположности, дополняющие и усиливающие друг друга, — всегда спокойный и рассудительный Найк и импульсивный Иностранец, оба опытные и неоднократно испытанные близостью смерти. Накануне они повели свои взводы по хребту, для того чтобы обеспечить прикрытие колонне садыков, наступающих по трассе. За время войны игиловцы создали в скалах и расщелинах целую систему обжитых укреплений и укрытий. Выдолбленные в скалах ниши и пещерки с печками и примитивной мебелью, вполне комфортные с точки зрения того, кому приходится ночевать на голой земле, замаскированные огневые точки с бойницами, установленные фугасы направленного действия — одним словом, это была настоящая крепость. Идти пришлось с боями, тесня духов, сбрасывая их вниз с господствующей возвышенности и оставляя позади себя десятки трупов боевиков. Надо заметить, что отлично подсобили наши российские вертолеты и артиллерия.