В сердце Африки. Незабываемое приключение русских, отправившихся по самым нетуристическим местам Африки и задержанных по подозрению в шпионаже

Из моей машины вышел Бенуа, одетый не в любимую золотистую джеллабу, а в обычные майку и джинсы. Вне себя от счастья, мы полезли обниматься к камерунцу, ставшему уже таким родным. Из машин один за другим появлялись молодые парни, одетые в такую же одежду. Из шести человек мы знали только одного – Бенуа. Бубы, Муссы и водителей, которых мы сажали за руль в Нджамене, не было.

– Bonsoir, месье, – раздавалось то здесь, то там. Все прибывшие были исключительно франкоговорящими камерунцами. Обещанных нигерийцев-охранников не было и в помине. Но сейчас уже не важно, кто они. Работа была сделана, машины теперь с нами.

– Bonsoir! – радостно приветствовал я всех прибывших. Мне хотелось сказать им миллион слов благодарности, задать немыслимое количество вопросов про дорогу, сложности, документы, бандитов, как вдруг случилось что-то странное. Вместо приготовленных слов из моего рта вырвалось только несколько жалких хрипов. Немного откашлявшись, я повторил попытку… Но слышались только шипение и свист. Я удивленно стоял, хлопая глазами, открывая рот, как рыба, попавшая на сушу. У меня пропал голос, совсем. Я попытался собраться с силами, но ровным счетом ничего не изменилось. Сегодня был слишком сильный стресс, и организм включил защитный механизм.

– Леха, я тебе сейчас помогу, – загадочно сказал Дима и побежал в свой номер.

Через минуту Димка уже стоял рядом со мной, держа в руках бутылку виски.

– Это тебя спасет, – с видом заправского доктора заявил он, протягивая «Джонни Уокера».

Я сделал глоток, и тепло начало медленно разливаться по всему телу, возвращая меня в работоспособное состояние. Постояв минутку, я вновь попробовал заговорить. Голоса виски мне не вернул, но шепотом изъясняться я уже мог. Бенуа рассказал, что последний участок они проехали хорошо. Правда, моя машина периодически глохнет, есть проблемы с электрикой.

– Вот тут, месье Алекс, есть небольшая проблемка, – сконфуженно продолжил он, указывая на стекло.

Маленькой проблемкой оказался разбитый лобовик моей машины. Запасное колесо сверху разболталось от тряски, а камерунцы не догадались его закрепить. На второй день, еще до Гаруа, на одном из плохих участков после резкого торможения тяжеленное колесо прилетело в лобовое стекло. Как ни странно, меня это совершенно не расстроило. Стекло мы в начале пути меняли в Чаде, и я был рад избавиться от всего чадского как можно скорее.

– А что значило «насос не справляется»? – почти хором спросили мы у Бенуа. Эта загадочная фраза не давала нам покоя несколько дней. Мы только строили гипотезы, теперь же наступил момент истины.

– Смотрите, – Бенуа махнул в сторону открытого капота, – машина в какой-то момент начинает плохо работать, ей не хватает горючего. Мы выходим и вот тут качаем, – он показал на ручную подкачку топлива на топливном фильтре, – не всегда получается, нужно стоять и ждать, пока топливо появится. Вот так мы ехали 30–40 километров, потом останавливались и ждали.

Мы втроем заглянули под капот. Это не очень было похоже на проблему с ТНВД. По какой-то причине дизель с трудом поступал к насосу. Проблема в насосе или… Тут мой взгляд упал на дополнительный фильтр-сепаратор, встроенный в подачу перед обычным топливным фильтром. Мы попробовали на нем прокачку ручным насосом. Топливо побежало вперед.

– Хм-мм… Машина долго стояла на жаре, может быть, дополнительный фильтр просто забился, застоялся и из-за него у нас проблемы? А давайте просто его отключим и сделаем прямое подключение, как это было в изначальной конструкции.

Серега довольно кивнул, взял пассатижи, нож, и уже через десять минут топливо напрямую поступало в топливный фильтр, минуя дополнительную очистку. Сейчас наличие дополнительного фильтра было не столь важно, нам нужно было ехать любой ценой.

В салоне моего авто аккуратной кучкой лежали сгоревшие предохранители всех мастей, обрывки проводов и изоленты. Бенуа мало смыслил в технике, посему так и не смог толком рассказать, что же так старательно чинил электрик. Было очевидно, что авто пережило сильное короткое замыкание, сгорела даже рация. Возможно, были сложности с генератором.

После завода машины табло продолжало светиться кучей лампочек. Горели ручник, АБС, трекшн-контроль, фильтр. Ошибок много, исправлять их можно позже.

– Так, ребята, едем, пока машина едет, чиниться будем в Абудже. Отсюда надо уезжать, чем раньше, тем лучше.

– Стартуем в пять утра? – предложил Серега.

– Да, но давай для начала заберем все документы.

Слишком уж все хорошо получалось, должно быть что-то заковыристое, не могла история из Чада закончиться вот так просто. Шеф перегонщиков протянул мне стопку документов. В ней было три письма из таможни. Оборотная сторона каждого письма была усыпана печатями и отметками пройденных на пути таможенных постов, их было около восьми штук. Таково было условие вывоза машин, и ребята с этим отлично справились. Раскрыв желтые пачки Carnet De Passage, я с волнением принялся изучать таможенные отметки. Без них проехать дальше было бы сложно.