Вас любит Президент

– Вы уезжаете … за границу?

– Если бы! – Мора печально покачала головой. – Сукин сын не только сам разорился, он и меня разорил. Переезжаю к сестре в Южную Каролину. Если увидишь Гвен, скажи ей, что мы ее там всегда примем, если у нее нет других планов. Она в тебя влюблена. Ты, наверное, знаешь.

– Влюблена?

Винс подавил раздражение. Но, в конце концов, не ее это, Моры, дело, кто в кого влюблен. Родители бывают порой удивительно бестактны.

– А чего ты ждал? – спросила Мора. – Она вся в отца, в этом смысле. Хватает все, что ей не принадлежит, и пренебрегает тем, что имеет по праву … Ты знаешь ли, какая я была пятнадцать лет назад? Я была неотразима. Мне было почти пятьдесят, но любой мужчина сделал бы все, вплоть до голосования за Партию Зеленых, чтобы только провести со мной несколько часов. Один молодой человек развелся с женой после того, как увидел меня один раз на вечеринке. Я понимаю, что звучит это … фатовато, но … это правда. И как же поступает мой муж? Он находит себе тощую ящерицу и спит с ней. Нужно было ее видеть. Я уверена, что есть на свете женщины уродливее, но они все время прячутся, наверное. Жуткая она была – не передать. Груди нет, и клюв орлиный. Видел бы ты эти ноздри. Огромные. Родители у нее были богатые арабы. К чему катится мир! Ты только посмотри на все это, Винс. Гвен – неблагодарная шлюха, а Илэйн … бедная Илэйн … она могла выбрать себе кого угодно…

Мора остановилась, не потому, что поняла, что ведет себя бестактно по отношению к вдовцу, но просто потому, что ей стало очень грустно. Она была подавлена горем.

– До свидания, миссис Форрестер, – сказал Винс.

Наклонившись импульсивно, он поцеловал ее в щеку. Она повернула к нему лицо. В ее небесно-голубых глазах блестели слезы. Глаза Илэйн. Он резко выпрямился и вышел из комнаты.

В проходе, соединяющем библиотеку с гостиной, он наткнулся на старомодный телефонный столик со старомодным телефоном – с диском для набора. Винс прикинул – голубокровные любят, чтобы даже антиквариат выполнял положенные ему функции. Он поднял трубку. Телефон работал.

Он вдруг вспомнил о номере профессора в кармане и вытащил лист. Почерк у Тимоти Джей Левайна был четкий и ровный. Винс набрал номер.

– Да?

– Здравствуйте. Меня зовут Винс. Я бы хотел поговорить с Профессором Кёрвином. Пожалуйста.

– Вы из прессы?

– Нет.

– Что тебе нужно, парень?

– Мне нужно, чтобы вы помогли мне написать эссе.

– Об эволюции?

– Нет.

– Знаешь что? С меня хватит. Помогать всяким дуракам писать эссе – не желаю больше. Всё. Найди себе другого.

Профессор повесил трубку.

В гостиной к Винсу подошел дворецкий.

– Простите, сэр. Я не знаю, кому еще … мне рассказать … хмм … про мистера Форрестера.

– Я слушаю.

– Сегодня он вернулся домой … прошел в кабинет, взял пистолет, и уехал. Я здесь больше не служу, и понимаю, что меня это не касается … но … Он, возможно, совершит скоро какую-нибудь глупость. Я бы мог позвонить в полицию, но, боюсь, времени нет. В Апстейте живет человек, который … с которым у мистера Форрестера были в прошлом … э … конфликты.

Винс нахмурился.

– А конкретно?

– Я думаю … Слушайте, я ничего вам сейчас не говорю, а вы ничего не слышите. Хорошо?

– Конечно. Говорите.

– Я просто дворецкий.

– Ваша скромность в данном случае не приносит никакой пользы. Говорите.

– Мистер Форрестер и мистер Кокс…

– Так зовут этого человека? Кокс?

– Да. Они … поссорились. Пятнадцать лет назад. Поссорились … из-за жены … мистера Кокса. Мистер Форрестер считает, что мистер Кокс его разорил. Он также считает, что мистер Кокс ответственен за смерть мисс Илэйн.

– Это правда? – быстро спросил Винс.

– Ничего не знаю об этом, сэр. Однако, поскольку мистер Форрестер собирается сделать глупость, я посчитал нужным вас об этом уведомить. Сказать это больше некому. Миссис Форрестер в данный момент недоступна эмоционально, а мисс Гвендолин куда-то уехала.

– Вам известно, где именно мистер Форрестер предполагает найти мистера Кокса?

– Да, сэр. У меня есть карта в кладовой.

Он принес карту. Винс поблагодарил его и вышел на крыльцо.

Ого. Несколько мужчин и женщин застыли на мгновение, а затем сгрудились вокруг него.

– Эй, Винс! Как насчет комментария!

– Винс! Они тебя выгнали, да?

– Как ты себя чувствуешь теперь, после того, как убил жену?

– Тебя скоро арестуют?

…после того, как убил жену. Вопрос задала женщина в официальном костюме, с угловатым лицом и глазами, свидетельствующими, что все нужные ей факты стали ей известны лет двадцать назад, возможно еще в колледже, и теперь ее интересовали только любопытные комментарии, подтверждающие эти факты. Винс выхватил глазами из группы тяжеловатого молодого человека с детскими чертами лица.

– Ты, – сказал он.

– Так что же, мистер? – настаивала женщина?

– Пошла на хуй, – сказал Винс.

– Не смей меня оскорблять, подонок! – крикнула женщина, обижаясь.

Винс сделал угрожающий жест.

– Ах ты подлец! – закричала женщина. – Женоубийца! Я на тебя в суд подам!

– Хочешь материал для статьи? – спросил Винс человека с детскими чертами.

– Конечно, Винс.

– Пойдем со мной!