Вокруг каждой пирамиды, подобно домам, окружающим деревенскую церковь, стояли низкие массивные сооружения, которые со времен раскопок Масперо принято называть ма-стабами. Это гробницы царевичей и царевен, вельмож и выпокопоставленных чиновников, умерших в правление того или иного царя. Сами эти люди не выбирали место, где должны были упокоиться. За них это решение принимал правитель. Он нередко сообщал об этом заинтересованному лицу, когда проверял, как идет строительство его пирамиды, и одновременно дарил избранному им подданному блоки качественного белого камня из Туры. Внутри мастаб располагались вертикальные шахты, которых, как правило, было две, заканчивавшиеся погребальной камерой с огромным саркофагом. Уже в правление IV династии его нередко украшали ложными дверями, выполнявшими ту же функцию, что и те, которыми были снабжены царские усыпальницы. После смерти царский отпрыск также становился Осирисом; считалось, что его члены должны пройти через двери, чтобы внутри оказаться собранными. Непосредственно на мумию (или рядом с ней в погребальной камере) клали прекрасные артефакты, подобные великолепному золотому поясу, найденному в Саккаре. На уровне поверхности находится дверь, ведущая в одно или несколько следующих друг за другом помещений, где посетителя встречают изображения покойного – в рельефе или скульптуре. Стены разделены на несколько регистров, в каждом из которых изображены сцены повседневной жизни – выращивание зерна, охота, рыбная ловля, все аспекты жизни обитателей болот, разведение скота, охота в пустыне, изготовление пива и хлеба, а также работа различных ремесленников. За всеми действиями следят писцы. Мы видим строительство лодок и их спуск на воду сразу по окончании работы, играющих детей, музыкантов и танцоров, спортивные соревнования на воде. Посетитель может представить себя гостем скорее прекрасной усадьбы сановника, чем его гробницы. Но рано или поздно он видит сцены, изображающие убийство и разделку на мясо различных животных и группы людей, несущих это мясо, а также других, нагруженных кусками хлеба, кувшинами и корзинами. Вся эта процессия следует к столу. Первая группа людей уже сложила свою ношу. Умерший, сидящий перед столом, может выбирать из «меню», длинного перечня яств и напитков. Исследователи выдвинули гипотезу о том, что из-бражения различных видов искусства и ремесла являются не чем иным, как подготовкой к совершению подношений, предшествовавших трапезе покойного. Однако следует обратить внимание на отсутствие точного соответствия между продуктами, сложенными перед столом, и теми, что перечислены в «меню». Да и изображенное на этих сценах далеко не всегда можно связать с удовлетворением потребностей умершего. К примеру, большую роль в них играет рыбалка, но считалось, что покойные не едят рыбу. Кроме того, много внимания уделено охоте в пустыне, хотя потребность в мясе вполне можно было обеспечить благодаря полученному от убитого скота. Почему владелец гробницы не изображен во время выполнения своих прижизненных должностных обязанностей, нередко весьма важных? Ответ на этот вопрос, несомненно, заключается в том, что художники, украшавшие стены гробниц, обладали ограниченным числом тем для своего творчества, придуманных и развивавшихся на протяжении всего Древнего царства. Эти изображения должны были создать у смотрящего на них представление о
Рис. 48. Трапеза покойного. Во все периоды древнеегипетская история эта сцена была ключевым изображением, украшавшим стены гробниц. Рельеф из гробницы Хесира в Саккаре