Великая княгиня Елизавета Федоровна. И земная, и небесная

6 декабря, в день святителя Николая, 1-й батальон праздновал свой батальонный праздник, и вечером все офицеры батальона получили приглашение на обед вСергиевский дворец, причем, женатые – с женами. «Великая княгиня Елизавета Федоровна была очаровательна; она с таким вниманием со всеми разговаривала, так подкупала своей красотой, изяществом при удивительной скромности и простоте, что нельзя было на нее смотреть иначе, чем с восхищением», – вспоминал Джунковский.

Не пожалели денег на такой прием, не жалели средств на помощь нуждающимся крестьянам… примеры благотворительности рассыпаны по всему полотну жизни Сергея и Эллы. Все, кто писал о них, без устали восторгаются этими примерами, и ничего не стоит присоединиться к общему восторженному хору, щебечущему об их беспримерной чуткости к людям, их нуждам, заботам и страданиям. Но не хочется петь в общем хоре, хочется поделиться и тем, что не нравится. Ведь даже и в житиях святых не скрывают, что иные из них начинали отнюдь не праведно, а порой жестоко. Апостол Павел изначально был Савлом и по его приказу в Иерусалиме до смерти забили каменьями первомученика Стефана. Мария Египетская славилась как непревзойденной красоты блудница, до тех пор, пока не восхотела соблазнять мужчин в храме, после чего в ее душе совершился переворот, и она бежала в пустыню, где до конца дней спасалась в молитвах, покаянии и голодном существовании. Великий князь Владимир Красно Солнышко до того, как крестить Русь, являл собой пример необузданного язычника, развратника, казнил христиан. И таких примеров множество. Показать, как через покаяние человек способен зачеркнуть свои прошлые грехи, подчас тяжелейшие, и прийти к святости – никогда не считалось зазорным. И на солнце, как говорится, есть пятна.

Сергей и Элла проявляли благотворительность с первого года совместной жизни. Но разве это было трудно при их богатстве? Конечно, чаще всего богачи не раскошеливаются, им всегда мало. Не хватает денег на новую крутую яхту, а тут вы со своим нищебродством. Не умеете заработать, я-то тут при чем? А эти нет – он мог бы обожаемой жене еще одну подвеску с бриллиантами купить, а вместо этого устраивает обеды для офицеров, привозит в Ильинское хорошую акушерку. Правда, в письмах и записках почему-то рассказывает только о том, как развлекались, наряжались пейзанами, ставили живые картины и пьесы, собирали грибы. Но это понятно: скромность, не хочет хвастаться своей благотворительностью.

Но вот в воспоминаниях Джунковского всплывает один эпизод, в котором великий князь почему-то не выглядит красиво. Хотя автор воспоминаний этого не видит, ему кажется, он описывает очередной случай великодушия своего начальника. Вот этот эпизод: «Великий князь Сергей Александрович как командир 1 батальона имел свой небольшой барак, в котором он и жил весь лагерь, уезжая только по субботам на воскресенье. Он очень ревностно и добросовестно исполнял свои обязанности. Ко мне он относился исключительно доброжелательно и вскоре, по переходе полка в лагерь, стал меня очень часто приглашать в свободное время между 3 и 6 часами дня играть в винт. Я лично очень любил играть в винт, или в безик, или в пикет и играл недурно во все эти игры. Великий князь почти ежедневно собирал у себя в бараке партию. Обычными партнерами были полковник Евреинов, подпоручик Ганецкий – батальонный адъютант и я. Конечно, я был очень польщен, но мне с места не повезло, я ежедневно проигрывал такие суммы, которые для моего скромного бюджета были не под силу, и это меня приводило в смущение, а отказаться от приглашения я не считал себя в праве. Скоро приглашения эти были мне уже не в удовольствие, и я со страхом ждал, сидя у себя в бараке после завтрака, придет ли за мной камердинер великого князя пригласить к его высочеству или нет. Мои друзья Гольтгоер и Зейме переживали со мной мою внутреннюю драму и весьма сочувственно поддерживали меня. В конце концов я остался в проигрыше за месяц около 150 руб., мне не везло феноменально, выигрывал я ничтожные суммы, проигрывал же иногда по 20 рублей. Пришлось занимать деньги, входить в долги, т. к. у меня все жалование уходило на офицерское собрание, завтраки и обеды, а от моей матери я имел 100 руб. в месяц, из коих часть уходила на приплату в офицерское собрание, жалованья не хватало в то время, оставались, за покрытием обязательных расходов, гроши».

Конечно, суммы в 20 рублей, которые проигрывал ему его подчиненный для великого князя – пустячок. Ему и невдомек, что тот страдает. Он просто не замечал. И продолжал приглашать Джунковского, чтобы тот снова проигрывал. Но где же тогда эта хваленая отзывчивость, внимательность к людям? Где то требование принимать к сердцу все интересы людей, о котором Сергей Александрович при знакомстве втолковывал тому же Джунковскому?