Читаем Великие мусульманские империи. История исламских государств Ближнего Востока, Центральной Азии и Африки полностью

Что касается внутренней структуры, раннее государство Сефевидов было построено по давно знакомой модели, вкратце упомянутой в начале этой главы. Военные командиры, получавшие титул эмира, достались лидерам от тюркских кызылбашей. Гражданский сектор — от иранцев, а во главе стоял абсолютный правитель в лице сефевидского шейха. Согласно генеалогии, Исмаил имел больше тюркской и греческой, чем иранской крови, а языком его матери был тюркский диалект азери. Сохранились его поэмы, написанные на тюркском диалекте, так же как и поэмы его османского противника, Селима, который для своих литературных произведений использовал персидский язык. Исмаил начал организовывать правительство сразу после провозглашения суверенитета в 1501 году. Царский двор повсюду сопровождал шаха, у которого сначала не было постоянной резиденции. Но некоторые главы правительственных ведомств оставались на одном месте, да и двор часто проводил зиму в главном городе — Тебризе, который, таким образом, можно было назвать столицей. Вторым высшим должностным лицом государства был вакиль — регент или наместник, который имел широкую власть, как заместитель суверена, и также являлся полководцем с титулом эмир или аль-умара, то есть главный эмир. Ему подчинялись эмиры разных рангов. В обмен на службу в военных кампаниях они получали ленные владения, которые шах мог раздавать с большой щедростью, поскольку по шиитскому закону был номинальным владельцем всех земель государства. Владельцу лена переходило право взимать налоги с принадлежащих ему земель, из которых он выплачивал установленную сумму в казну и обеспечивал контингент войск, который поклялся содержать. Гражданский сектор правительства возглавлял визирь. Исмаил взял своего первого визиря, иранца, из предшествовавшего ему режима Ак-Коюнлу. Такая расстановка высших государственных чинов впоследствии была изменена самим Исмаилом. Он разделил должности военного командира и вакиля и совместил должности вакиля и визиря. Последняя комбинация оказалась долгоживущей. Впоследствии того, кто занимал две упомянутые должности, стали называть великим визирем (wazir-i a'zam). Особой чертой режима Сефевидов стало появление и развитие религиозной бюрократии, которую возглавлял чиновник с титулом садр. Хотя эта должность, вероятно, не была изобретением Исмаила — нечто подобное имелось у Тимуридов и в других ранних режимах, — влияние, которое она приобрела в администрации Сефевидов, подняло ее на новый уровень. Среди функций садра был надзор за религиозными фондами и урегулирование дел сеидов, то есть части населения, претендующей на происхождение от пророка через Али и Фатиму.

При рассмотрении в свете последующей эволюции можно сказать, что историческим достижением Исмаила является восстановление древней иранской империи, а используя современный язык — основание иранского национального государства. Однако все свидетельства указывают на то, что он не считал себя иранским национальным лидером. Его целью было распространение власти — своей и своих сторонников — как можно дальше во всех направлениях и упрочение этой власти, используя доступные ему инструменты, в том числе религию. Но все же его достижение нельзя недооценивать. Государство, им основанное, имело прочный фундамент и было жизнестойким. Этот правитель был наделен даром правильно оценивать свои возможности, и потому он не позволил себе поддаться искушению и начать завоевывать мир. Его современники-шииты и европейские путешественники описывают Исмаила с большой благожелательностью. Хотя он умел вселять страх, его окружение и подданные были ему беззаветно преданы.

Перейти на страницу:

Все книги серии Всемирная история (Центрполиграф)

Мой дед Лев Троцкий и его семья
Мой дед Лев Троцкий и его семья

Юлия Сергеевна Аксельрод – внучка Л.Д. Троцкого. В четырнадцать лет за опасное родство Юля с бабушкой и дедушкой по материнской линии отправилась в Сибирь. С матерью, Генриеттой Рубинштейн, второй женой Сергея – младшего сына Троцких, девочка была знакома в основном по переписке.Сорок два года Юлия Сергеевна прожила в стране, которая называлась СССР, двадцать пять лет – в США. Сейчас она живет в Израиле, куда уехала вслед за единственным сыном.Имея в руках письма своего отца к своей матери и переписку семьи Троцких, она решила издать эти материалы как историю семьи. Получился не просто очередной труд троцкианы. Перед вами трагическая семейная сага, далекая от внутрипартийной борьбы и честолюбивых устремлений сначала руководителя государства, потом жертвы созданного им режима.

Юлия Сергеевна Аксельрод

Биографии и Мемуары / Публицистика / Документальное
История работорговли. Странствия невольничьих кораблей в Антлантике
История работорговли. Странствия невольничьих кораблей в Антлантике

Джордж Фрэнсис Доу, историк и собиратель древностей, автор многих книг о прошлом Америки, уверен, что в морской летописи не было более черных страниц, чем те, которые рассказывают о странствиях невольничьих кораблей. Все морские суда с трюмами, набитыми чернокожими рабами, захваченными во время племенных войн или похищенными в мирное время, направлялись от побережья Гвинейского залива в Вест-Индию, в американские колонии, ставшие Соединенными Штатами, где несчастных продавали или обменивали на самые разные товары. В книге собраны воспоминания судовых врачей, капитанов и пассажиров, а также письменные отчеты для парламентских комиссий по расследованию работорговли, дано описание ее коммерческой структуры.

Джордж Фрэнсис Доу

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература / История / Образование и наука

Похожие книги

Основание Рима
Основание Рима

Настоящая книга является существенной переработкой первого издания. Она продолжает книгу авторов «Царь Славян», в которой была вычислена датировка Рождества Христова 1152 годом н. э. и реконструированы события XII века. В данной книге реконструируются последующие события конца XII–XIII века. Книга очень важна для понимания истории в целом. Обнаруженная ранее авторами тесная связь между историей христианства и историей Руси еще более углубляется. Оказывается, русская история тесно переплеталась с историей Крестовых Походов и «античной» Троянской войны. Становятся понятными утверждения русских историков XVII века (например, князя М.М. Щербатова), что русские участвовали в «античных» событиях эпохи Троянской войны.Рассказывается, в частности, о знаменитых героях древней истории, живших, как оказывается, в XII–XIII веках н. э. Великий князь Святослав. Великая княгиня Ольга. «Античный» Ахиллес — герой Троянской войны. Апостол Павел, имеющий, как оказалось, прямое отношение к Крестовым Походам XII–XIII веков. Герои германо-скандинавского эпоса — Зигфрид и валькирия Брюнхильда. Бог Один, Нибелунги. «Античный» Эней, основывающий Римское царство, и его потомки — Ромул и Рем. Варяг Рюрик, он же Эней, призванный княжить на Русь, и основавший Российское царство. Авторы объясняют знаменитую легенду о призвании Варягов.Книга рассчитана на широкие круги читателей, интересующихся новой хронологией и восстановлением правильной истории.

Анатолий Тимофеевич Фоменко , Глеб Владимирович Носовский

Публицистика / Альтернативные науки и научные теории / История / Образование и наука / Документальное
Ленин
Ленин

«След богочеловека на земле подобен рваной ране», – сказал поэт. Обожествленный советской пропагандой, В.И. Ленин оставил после себя кровавый, незаживающий рубец, который болит даже век спустя. Кем он был – величайшим гением России или ее проклятием? Вдохновенным творцом – или беспощадным разрушителем, который вместо котлована под храм светлого будущего вырыл могильный ров для русского народа? Великим гуманистом – или карателем и палачом? Гением власти – или гением террора?..Первым получив доступ в секретные архивы ЦК КПСС и НКВД-КГБ, пройдя мучительный путь от «верного ленинца» до убежденного антикоммуниста и от поклонения Вождю до полного отрицания тоталитаризма, Д.А. Волкогонов создал книгу, ставшую откровением, не просто потрясшую, а буквально перевернувшую общественное сознание. По сей день это лучшая биография Ленина, доступная отечественному читателю. Это поразительный портрет человека, искренне желавшего добра, но оставившего в нашей истории след, «подобный рваной ране», которая не зажила до сих пор.

Дмитрий Антонович Волкогонов

Биографии и Мемуары / История / Образование и наука / Документальное