Читаем Великие мусульманские империи. История исламских государств Ближнего Востока, Центральной Азии и Африки полностью

Успехи суфийской армии встревожили правителя Ак-Коюнлу Алванда до такой степени, что избежать враждебных действий было невозможно. В конце лета 1501 года Исмаил разбил армию Ак-Коюнлу в битве при Шаруре, что в долине Араза, выше Нахичевани по течению. Путь на Тебриз был открыт. Узун довольно быстро захватил все наследие Узун Хасана. Осенью 1501 года юный лидер Сефевидов вошел в столицу и там был провозглашен суверенным правителем. Среди шагов, предпринятых в этой связи, был один очень важный: шиитская вера была названа обязательной во всех владениях Сефевидов. Новый религиозный режим в то время определенно не приветствовался всеми иранцами; но с расширением и укреплением правления Сефевидов шиитская форма исламской веры проникла вширь и вглубь всей нации.

Истоки «шиата Али», то есть «сторонников Али, зятя пророка», уходят к первому веку ислама. Их главная установка — твердая вера в то, что дело пророка как мирского лидера и проводника божественных откровений продолжают его преемники — имамы, начиная с Али и двух его сыновей, Хасана и Хусейна, и потомков Хусейна по прямой линии. Если истоки движения, вероятно, были чисто арабскими, его основные принципы династической преемственности были вполне сопоставимы с традиционной иранской концепцией наследственной и просветленной свыше монархии. Что касается форм шиитской доктрины во времена Исмаила, доступной информации очень мало. Формы, сделавшиеся более замысловатыми в следующих столетиях, это джафаритский мазхаб — школа, которой следуют шииты-двунадесятники, названные так по количеству признаваемых имамов или по имени шестого имама, Джафара ас-Садика, которому приписываются многие шиитские учения. Этот вариант стал религией Ирана и оставил свой отпечаток на отношениях и жизни людей.

В 1501–1510 годах армии Сефевидов были заняты завоеваниями и укреплением государства, аналогичного по протяженности тому, которым когда-то правили Ак-Коюнлу в Северном и Западном Иране, Месопотамии и Восточной Анатолии. После свержения внука Узун Хасана Алванда кузен последнего Мурад, правивший в Центральном и Южном Иране, тоже потерпел поражение (1502). С более серьезными трудностями пришлось столкнуться в северных провинциях, где Сефевидам пришлось приложить большие усилия, прежде чем удалось подчинить местных правителей. Покорением в 1597 году Диярбакыра, колыбели и последнего оплота туркменов Ак-Коюнлу, Исмаил завершил свои анатолийские кампании. Его самый далекий западный удар в этом году, в земли туркменского племени зулькадар (вокруг Эльбистана и Мараша), которые были частично, но не полностью шиитскими, привел его близ границ территории, тогда принадлежавшей османской династии. Дальнейшее продвижение в этом направлении, должно быть, считалось нецелесообразным. В следующем году, однако, молодой принц из Сефевидов сумел завоевать и аннексировать провинцию, включавшую главные святые места шиитов, а именно арабский Ирак со столицей в Багдаде и святыни имамов в Кербеле, Аль-Наджафе и др. К 1510 году под управлением Сефевидов находились следующие территории: Азербайджан, сердце государства, с Ширваном на севере и южными каспийскими прибрежными провинциями Талыш, Гилян, Мазенденран (Табаристан) и Астрабад (Горган, Гиркания); персидский Ирак с Хамаданом, Исфаханом, Йездом и Кирманом в Центральном Иране; Фарс без своего прибрежного пояса на юге; Хузестан и Луристанна юго-западе, арабский Ирак и части Северной Месопотамии, а также Диярбакыр и части Курдистана и Армении на западе.

Перейти на страницу:

Все книги серии Всемирная история (Центрполиграф)

Мой дед Лев Троцкий и его семья
Мой дед Лев Троцкий и его семья

Юлия Сергеевна Аксельрод – внучка Л.Д. Троцкого. В четырнадцать лет за опасное родство Юля с бабушкой и дедушкой по материнской линии отправилась в Сибирь. С матерью, Генриеттой Рубинштейн, второй женой Сергея – младшего сына Троцких, девочка была знакома в основном по переписке.Сорок два года Юлия Сергеевна прожила в стране, которая называлась СССР, двадцать пять лет – в США. Сейчас она живет в Израиле, куда уехала вслед за единственным сыном.Имея в руках письма своего отца к своей матери и переписку семьи Троцких, она решила издать эти материалы как историю семьи. Получился не просто очередной труд троцкианы. Перед вами трагическая семейная сага, далекая от внутрипартийной борьбы и честолюбивых устремлений сначала руководителя государства, потом жертвы созданного им режима.

Юлия Сергеевна Аксельрод

Биографии и Мемуары / Публицистика / Документальное
История работорговли. Странствия невольничьих кораблей в Антлантике
История работорговли. Странствия невольничьих кораблей в Антлантике

Джордж Фрэнсис Доу, историк и собиратель древностей, автор многих книг о прошлом Америки, уверен, что в морской летописи не было более черных страниц, чем те, которые рассказывают о странствиях невольничьих кораблей. Все морские суда с трюмами, набитыми чернокожими рабами, захваченными во время племенных войн или похищенными в мирное время, направлялись от побережья Гвинейского залива в Вест-Индию, в американские колонии, ставшие Соединенными Штатами, где несчастных продавали или обменивали на самые разные товары. В книге собраны воспоминания судовых врачей, капитанов и пассажиров, а также письменные отчеты для парламентских комиссий по расследованию работорговли, дано описание ее коммерческой структуры.

Джордж Фрэнсис Доу

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература / История / Образование и наука

Похожие книги

Основание Рима
Основание Рима

Настоящая книга является существенной переработкой первого издания. Она продолжает книгу авторов «Царь Славян», в которой была вычислена датировка Рождества Христова 1152 годом н. э. и реконструированы события XII века. В данной книге реконструируются последующие события конца XII–XIII века. Книга очень важна для понимания истории в целом. Обнаруженная ранее авторами тесная связь между историей христианства и историей Руси еще более углубляется. Оказывается, русская история тесно переплеталась с историей Крестовых Походов и «античной» Троянской войны. Становятся понятными утверждения русских историков XVII века (например, князя М.М. Щербатова), что русские участвовали в «античных» событиях эпохи Троянской войны.Рассказывается, в частности, о знаменитых героях древней истории, живших, как оказывается, в XII–XIII веках н. э. Великий князь Святослав. Великая княгиня Ольга. «Античный» Ахиллес — герой Троянской войны. Апостол Павел, имеющий, как оказалось, прямое отношение к Крестовым Походам XII–XIII веков. Герои германо-скандинавского эпоса — Зигфрид и валькирия Брюнхильда. Бог Один, Нибелунги. «Античный» Эней, основывающий Римское царство, и его потомки — Ромул и Рем. Варяг Рюрик, он же Эней, призванный княжить на Русь, и основавший Российское царство. Авторы объясняют знаменитую легенду о призвании Варягов.Книга рассчитана на широкие круги читателей, интересующихся новой хронологией и восстановлением правильной истории.

Анатолий Тимофеевич Фоменко , Глеб Владимирович Носовский

Публицистика / Альтернативные науки и научные теории / История / Образование и наука / Документальное
Ленин
Ленин

«След богочеловека на земле подобен рваной ране», – сказал поэт. Обожествленный советской пропагандой, В.И. Ленин оставил после себя кровавый, незаживающий рубец, который болит даже век спустя. Кем он был – величайшим гением России или ее проклятием? Вдохновенным творцом – или беспощадным разрушителем, который вместо котлована под храм светлого будущего вырыл могильный ров для русского народа? Великим гуманистом – или карателем и палачом? Гением власти – или гением террора?..Первым получив доступ в секретные архивы ЦК КПСС и НКВД-КГБ, пройдя мучительный путь от «верного ленинца» до убежденного антикоммуниста и от поклонения Вождю до полного отрицания тоталитаризма, Д.А. Волкогонов создал книгу, ставшую откровением, не просто потрясшую, а буквально перевернувшую общественное сознание. По сей день это лучшая биография Ленина, доступная отечественному читателю. Это поразительный портрет человека, искренне желавшего добра, но оставившего в нашей истории след, «подобный рваной ране», которая не зажила до сих пор.

Дмитрий Антонович Волкогонов

Биографии и Мемуары / История / Образование и наука / Документальное