Великие мусульманские империи. История исламских государств Ближнего Востока, Центральной Азии и Африки

Султан Мухаммед ибн Абдаллах (1757–1790) был истовым мусульманином, который желал восстановить изначальную простоту ислама и благосклонно относился к режиму ваххабитов в Аравии. Далеко не такой волевой человек, как Мулей Исмаил, он в отношениях с племенами полагался не только на военную силу, но и на дипломатию и отказался от попытки охранять прямой путь из Феса в Марракеш вдоль хребта Среднего Атласа, укрепив вместо этого более длинный маршрут по берегу через Рабат и Касабланку. Остатки черных войск держали под контролем с помощью арабских и берберских племен. Была предпринята попытка укрепить побережье от возможных нападений европейцев и создать марокканский флот. Она оказалась неудачной из-за отсутствия дельных флотоводцев и не послужила никакой полезной цели — разве что временно возродила каперство, спровоцировавшее репрессии. С Испанией Мухаммед установил добрососедские отношения, которые были нарушены лишь однажды безрезультатным нападением на Сеуту. С другой стороны, нападения на Мазаган обеспечили уход португальцев в 1798 году. Были заключены договоры с некоторыми европейскими странами. Мухаммед ибн Абдаллах также был строителем. Помимо береговых укреплений, при нем были возведены новые дворцы в Марракеше и Мекнесе, а также построены или отреставрированы мечети и медресе. Его самая оригинальная работа — постройка Могадора (ныне город Эс-Сувейра в Марокко), главными архитекторами которого были французы и англичане. Город замышлялся как основной центр торговли с югом и был построен в андалусском стиле с прямыми улицами[19]. В целом можно сказать, что режим Мухаммеда ибн Абдаллаха создал прецедент для следующих правлений вплоть до оккупации. Правитель, искренний мусульманин, желал сохранить традиционные рамки исламского бытия, но не сумел вдохнуть в них жизненные силы, которые были основой величия Альморавидов или Альмохадов. Используя европейцев и их технические навыки, он в то же время стремился возобновить джихад против христиан.

Последние дни этого султана, как и многих его предшественников, были омрачены дурным поведением его сына и наследника Мулея Язида. Два года его правления (1790–1792) стали настоящей катастрофой. Он начал с разграбления Меллаха, еврейского квартала Тетуана, и немедленно настроил против себя подданных бессмысленной жестокостью. Одновременно он нарушил мир, установленный его отцом с Испанией, тем самым спровоцировав обстрел Танжера. Спустя два года он был убит в ходе подавления беспорядков возле Марракеша. Следующим султаном стал его брат Мулей Сулейман, завоевавший трон в четырехлетней борьбе с другими братьями. Характером он был похож на отца и проводил такую же политическую линию, в результате которой до 1810 года добился впечатляющих успехов. В первую очередь следует отметить водворение марокканского правителя в Фигиге, что на границе с Алжиром, и отправку экспедиции в Гурару и Туат в Центральной Сахаре. Позже у него возникли трудности с берберами Среднего Атласа. Во время операций против них он был взят в плен, но к нему отнеслись с уважением и вскоре отпустили. Этот эпизод практически не повлиял на общую ситуацию. Его внешняя политика была в целом мирной. Он установил дружеские отношения с Триполи и Тунисом и в периоды засухи снабжал их зерном. В 1817 году он согласился на прекращение каперства. Во время Пиренейских войн он отверг угрозы Франции, сохранив хорошие отношения с Англией и Испанией.