Великий Ленин. «Вечно живой»

1. В архиве министерства юстиции из дела об «измене» товарищей Ленина, Зиновьева, Козловского, Коллонтай и др. мы изъяли приказ германского имперского банка № 7433 от второго марта 1917 г. с разрешением платить деньги тт. Ленину, Зиновьеву, Каменеву, Троцкому, Суменсон, Козловскому и др. за пропаганду мира в России.

2. Были просмотрены все книги банка Ниа в Стокгольме, заключающие счета тт. Ленина, Троцкого, Зиновьева и др., открытые по приказу германского имперского банка за № 2754. Книги эти переданы Мюллеру, командированному из Берлина. Уполномоченный народным комиссаром по иностранным делам

Е. Поливанов

Г. Залкинд».[641]

Таким образом, были изъяты и уничтожены основные документы «дела Ленина», хотя еще сохранилась 21 папка бумаг, собранных контрразведкой Временного правительства.

Ленин в ноябре 1918 г. на заседании ВЦИК заявил: «Меня часто обвиняют в том, что я нашу революцию произвел на немецкие деньги; я этого не оспариваю, но зато на русские деньги я сделаю такую же революцию в Германии»[642].

Один из главных противников большевистского вождя А.Ф. Керенский подвел итог «кайзеровским миллионам» для Ленина: «Общая сумма денег, полученных большевиками от немцев до и после захвата ими власти, определена профессором Фритцем Фишером в 80 миллионов марок золотом[643].

По оценкам на 30 января 1918 г., Германия к тому времени ассигновала и истратила из средств специального фонда на пропаганду и специальные цели (Sonderexpeditionen) 382 миллиона марок. 40 580 997 марок, истраченных на Россию, составляют около 10 процентов этих расходов. К 31 января 1918 г. «все еще» не были израсходованы 14,5 миллиона марок, однако к июлю 1918 г. ежемесячные расходы немцев на пропаганду в России уже достигли 3 миллионов марок. Незадолго до убийства посол граф Мирбах запросил дополнительно 40 миллионов марок, с тем чтобы конкурировать с соответствующими ассигнованиями из стран Антанты. Из этих 40 миллионов до конца войны только 6 миллионов, во всяком случае не более 9 миллионов, были высланы и использованы частями каждые два-три месяца»[644]

.

В то же время и Россия платила Германии. По подсчетам председателя Дойчебанка Мендельсона и незабвенного Парвуса, Россия заплатила Германии в качестве долга и в счет репараций по Брестскому миру до конца 1918 г. 2,5 миллиарда золотых рублей по курсу 1913 г. [645]Немцы также вывезли из России до ноября 1918 г. 2 миллиона пудов сахара, 9132 вагона хлеба, 841 вагон лесоматериалов, 2 миллиона пудов льноволокна, 1218 вагонов мяса, 294 вагона пушнины»[646].

Несмотря на катастрофическое положение в России, Ленин пишет 18 октября 1918 г. полпреду РСФСР в Германии Адольфу Абрамовичу Иоффе: «…Мы должны играть роль бюро для идейной работы интернационального характера… Деньги есть»[647]. Вот так, на хлеб – денег нет, а на идейную работу – есть, да не простые рубли, а золотые.

Аналогичные указания Ленин дает и представителю Советской России в Швейцарии Я. Берзину, чтобы для написания пропагандистских брошюр он привлек «Колнера или Шнейгера из Цюриха», Нубакера из Женевы, итальянцев из Лугано – платить им «за работу и поездки архищедро», а русским дуракам раздайте работу: посылать вырезки, а не случайные номера (как делали эти идиоты до сих пор). Назначьте поименно ответственных за это лиц, и мы их приструним…»[648].

Ноябрьская революция в Германии свергла власть Вильгельма II. 13 ноября 1918 г. правительство Ленина аннулировало Брест-Литовский договор и отказалось от дальнейшей уплаты 6 миллионов марок в счет репараций.

Так создавался исходный капитал для социалистических преобразований большевиков. Однако в России разгоралась Гражданская война.

8 июня в Самаре создается Комитет членов Учредительного собрания (Комуч).

23 июня в Омске образуется Сибирское правительство.

2 августа в Архангельске Н. Чайковский становится главой правительства «Севера России».

23 августа Н. Авксентьев возглавил Уфимскую директорию.

14 ноября на Украине сформирована Директория во главе с С. Петлюрой.

18 ноября в Омске адмирал А. Колчак был объявлен Верховным правителем России…

Угроза возрастала, а новая власть еще была слаба. Ленин энергично организует оборону и с не меньшей энергией старается спрятать награбленный капитал. «Деникин под Тулой, – вспоминал Николай Бухарин, – мы укладывали чемоданы, в карманах уже лежали фальшивые паспорта и «пети-мети»[649] (вероятно, то же самое, что и «тити-мити» – деньги. – В.П.).

Был готов к «революционному подполью» и второй человек в Советской России после Ленина и, по его определению, «бесспорно непререкаемый моральный авторитет, авторитет, почерпающий свою силу, конечно, не в отвлеченной морали, а в морали революционного борца, в морали рядов и шеренг революционных масс», «главнейший организатор» и вождь пролетарской революции»[650] – секретарь ЦК РСДРП(б), председатель ВЦИК Я.М. Свердлов. При вскрытии его сейфа органами НКВД летом 1935 г. было обнаружено:

«1. Золотых монет царской чеканки на сумму 108 525 руб.