Вермахт против евреев. Война на уничтожение

С ведома и одобрения комендантов вермахта лагеря для советских военнопленных становились местами издевательств и убийств мирных жителей еврейской национальности. А. В. Федоров рассказывает о том, что в конце июля 1942 г. полицаи, набранные из числа военнопленных в лагере Колодезный Хутор, «привели в лагерь шесть старых евреев: три старика и три старухи (им было, наверное, не меньше семидесяти лет). Они с трудом передвигали ноги под ударами плеток и прикладов конвоиров-полицейских. Метрах в 10 от входных ворот на берегу речки их заставили руками вырыть норы. Затем полицаи на виду у всего лагеря заставили евреев раздеться наголо, забрали их одежду, а несчастных людей загнали в речку. Они, видите ли, производили «крещение» и превращали иудеев в христиан. После «крещения», то есть окунания с головой в грязную воду, евреев загнали в эти норы до вечера. Вечером процедура повторилась. Кто-то из пленных вечером после очередного издевательства над несчастными людьми крикнул: «Ничего, товарищи! Палачи за все ответят перед советским народом!» Звонкий твердый голос услышали сотни пленных, услышали это грозное предостережение и полицаи… К евреям приказано было не подходить. Так продолжалось три дня. Утром и вечером полицаи загоняли стариков в речку, «крестили» их, затем загоняли, мокрых и голых, в их норы. Утром на четвертый день евреи не могли уже подняться из своих землянок, несмотря на то, что полицаи особенно старались своими плетками. Палачи ушли за ворота, но через полчаса вернулись с лопатами. Даже не посмотрев, живы или нет их жертвы, полицаи зарыли норы. Стоны из-под земли слышны были еще некоторое время, но к вечеру постепенно все стихло. Это изуверство палачей не сломило нашу волю»[373].

Российский исследователь И. А. Альтман убежден, что «в лагерях была создана хорошо разработанная система», при которой публичное выявление евреев, издевательство и казнь «имели огромное психологическое воздействие. Во-первых, эти меры носили характер акций устрашения, что подавляло волю всех пленных к сопротивлению. Во-вторых, этим наглядно подтверждались декларации оккупантов об уничтожении исключительно евреев и коммунистов. В-третьих, делалась попытка разобщить военнопленных и склонить их к сотрудничеству»[374].

Одновременно вермахт продолжал вести антисемитскую пропаганду и в сражающихся частях Красной армии. На пропуске перебежчика, отпечатанном на листовках 1941 года, говорилось: «Предъявитель этого пропуска не желает бессмысленной кровавой бани в интересах евреев и комиссаров. Он покидает разбитую Красную армию и переходит на сторону германского вермахта». По данным немецкого историка Йорга Фридриха, только в течение августа 1942 года в области боев 6-й армии на позиции Красной армии было выброшено 4 млн листовок антисемитского содержания. Красноармейцы живо интересовались немецкими посланиями и, хотя за их хранение грозила смертная казнь, носили их в карманах и даже торговали ими. Между тем в одной из листовок вермахта периода весеннего наступления 1942 года можно было прочитать: «Сталин и его сообщники гонят вас на гибель в интересах евреев и международного капитализма». В другой листовке, распространявшейся пропагандистскими частями вермахта в советских войсках в конце марта 1942 года, бойцов и командиров призывали перейти «на освобожденную от большевизма территорию, где свергнуто жидовско-большевистское иго, где упразднена колхозная система, где народ строит новую жизнь без большевиков, без жидов, без капиталистов и помещиков». Вермахт, в лагерях которого зимой 1941–1942 годов умерли миллионы пленных красноармейцев, внушал советским солдатам, что хорошо обращается с военнопленными. Более того, «с перешедшими добровольно на нашу сторону, по новому приказу Гитлера, обращение еще лучше, они получают особое удостоверение, обеспечивающее им лучшее питание и ряд других льгот. Желающих работать мы устраиваем на работу по специальности»[375].

Таким образом, формами участия вооруженных сил в истреблении советских евреев стали лишение еврейского населения гражданских прав и человеческого достоинства, материально-техническая помощь опергруппам и прямое руководство ими, передача нацистским органам военнопленных евреев, наконец, самостоятельные расстрелы, прежде всего в рамках «антипартизанских акций». Без сотрудничества военных инстанций всех уровней с карательными органами режима Холокост на советской территории был бы невозможен.

Глава 3. Ответственность вермахта за «окончательное решение» в странах Европы (1941-1945 гг.)

3.1. «Евреев здесь больше нет»: вермахт и холокост в Польше и Греции