Читаем Видима и свободна. Книга для женщин полностью

• Принижение. Это глупо, но почему бы нам не… Я знаю, это тупая идея, но…

• Обесценивание. Не за что… Не стоит благодарности… Мне совсем не трудно…

• Неуверенность. Наверно… Мне кажется… Есть ощущение, что… Может быть…

• Обращение за поддержкой. …Согласны? …Да ведь? …Верно? …А вы как считаете? Если никто не возражает, то…

• Предвосхищение неудачи. Ничего страшного, если вы откажете… Я пойму, если вы не согласитесь… Можете и не отвечать, если вы очень заняты…

Как избавиться от угождающего языка? Самое главное — помните, что вы ценны и заслуживаете уважения. Эта мысль — ваш фундамент. Если вы ценны — ценно всё, что вы делаете. Если ваши слова ценны — вы не будете извиняться, оправдываться, предвосхищать отказ и обесценивать свои предложения.

Когда меня благодарят, я на автомате отвечаю: «Не за что!» Однажды моя подруга возмутилась этим. «Ты помогла мне, и я тебе благодарна. Почему ты отвергаешь мою благодарность? Ты потратила на меня время и силы, разве это ничего не значит?» Это заставило меня задуматься. И передумать. Я больше не говорю «Не за что», только «Пожалуйста» и «Была рада помочь» (если это правда).

Занимайте место

Мы, современные женщины, не носим корсет. Корсет заменяют правила, которые не дают дышать полной грудью — и в прямом, и в переносном смысле. Мы усваиваем эти правила и умаляем собственное тело. Мы ограничиваем себя в пище, чтобы похудеть, или сутулимся, чтобы казаться ниже. Мы сковываем движения «красивой», «женской» одеждой: юбки, обувь с высоким каблуком, блузки с глубоким вырезом, прилегающие платья не позволяют наклоняться, устойчиво и уверенно идти и тем более быстро бегать. Мы сидим так, чтобы занимать как можно меньше места (посмотрите на пассажирок и пассажиров автобуса или метро — и вы сразу поймёте, что я имею в виду). Мы говорим мало и тихо и умолкаем, стоит кому-то нас перебить.

Это вредит нам. Это ограничивает наши возможности.

Представьте себе, что вы просите у начальника повысить вам зарплату. Вы наклоняете голову и неуверенно улыбаетесь. Переминаетесь с ноги на ногу. Сутулитесь и сводите плечи. Держите себя за локти. Извиняетесь за беспокойство. Не смотрите в глаза. Говорите: «Ничего страшного, если вы мне откажете!»

Снова представьте, что вы просите у начальника повысить вам зарплату. Вы стоите ровно, выпрямив спину. Голова поднята, взгляд прямой. Лицо спокойное, без смущённой, извиняющейся улыбки. Вы говорите прямо, чего хотите и почему считаете себя этого достойной.

В каком случае вы скорее получите отказ — в первом или во втором?

Мы учимся быть скромными и незаметными — и это мешает нам выдвигать требования, настаивать на своём, высказывать мнение и быть услышанными. Мы умаляем тело, говорим угождающим языком и надеваем покорную улыбку. Мы даём понять: «Я не имею значения. Я готова подчиниться».

Но вы имеете значение. Вы важны.

Позвольте себе громкость. Повысьте голос. Позвольте себе ширину движений. Критично посмотрите на одежду и обувь, которые сковывают вас. Позвольте себе полноту существования. Встаньте устойчиво. Распрямитесь и вдохните полной грудью. Займите столько места, сколько нужно. Будьте видной, слышной и весомой.

Когда мне стукнуло 20 лет, я случайно попала в туризм. Впервые в жизни прошлась по улице в трекинговых ботинках. И это счастье я помню до сих пор (16 лет прошло). Ощущение, что мне наконец удобно. Что я могу не тратить время-силы-внимание на «как шагнуть», «чтобы ветер юбку не раздувал», «как сесть», «лужа ли под ногами» и пр. И на работе можно думать о работе, а не о ширине шага на каблуках, «чтоб со стороны не страшно выглядело». Удобство затмило все прочие аргументы.

Расстаньтесь с покорной улыбкой

Наши покорные улыбки — это ложь и подчинение. Ложь, когда мы притворяемся позитивными. Подчинение, когда мы предаём свои чувства и желания.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Свой — чужой
Свой — чужой

Сотрудника уголовного розыска Валерия Штукина внедряют в структуру бывшего криминального авторитета, а ныне крупного бизнесмена Юнгерова. Тот, в свою очередь, направляет на работу в милицию Егора Якушева, парня, которого воспитал, как сына. С этого момента судьбы двух молодых людей начинают стягиваться в тугой узел, развязать который практически невозможно…Для Штукина юнгеровская система постепенно становится более своей, чем родная милицейская…Егор Якушев успешно служит в уголовном розыске.Однако между молодыми людьми вспыхивает конфликт…* * *«Со времени написания романа "Свой — Чужой" минуло полтора десятка лет. За эти годы изменилось очень многое — и в стране, и в мире, и в нас самих. Тем не менее этот роман нельзя назвать устаревшим. Конечно, само Время, в котором разворачиваются события, уже можно отнести к ушедшей натуре, но не оно было первой производной творческого замысла. Эти романы прежде всего о людях, о человеческих взаимоотношениях и нравственном выборе."Свой — Чужой" — это история про то, как заканчивается история "Бандитского Петербурга". Это время умирания недолгой (и слава Богу!) эпохи, когда правили бал главари ОПГ и те сотрудники милиции, которые мало чем от этих главарей отличались. Это история о столкновении двух идеологий, о том, как трудно порой отличить "своих" от "чужих", о том, что в нашей национальной ментальности свой или чужой подчас важнее, чем правда-неправда.А еще "Свой — Чужой" — это печальный роман о невероятном, "арктическом" одиночестве».Андрей Константинов

Евгений Александрович Вышенков , Андрей Константинов , Александр Андреевич Проханов

Криминальный детектив / Публицистика
О войне
О войне

Составившее три тома знаменитое исследование Клаузевица "О войне", в котором изложены взгляды автора на природу, цели и сущность войны, формы и способы ее ведения (и из которого, собственно, извлечен получивший столь широкую известность афоризм), явилось итогом многолетнего изучения военных походов и кампаний с 1566 по 1815 год. Тем не менее сочинение Клаузевица, сугубо конкретное по своим первоначальным задачам, оказалось востребованным не только - и не столько - военными тактиками и стратегами; потомки справедливо причислили эту работу к золотому фонду стратегических исследований общего характера, поставили в один ряд с такими образцами стратегического мышления, как трактаты Сунь-цзы, "Государь" Никколо Макиавелли и "Стратегия непрямых действий" Б.Лиддел Гарта.

Карл фон Клаузевиц , Юлия Суворова , Виктория Шилкина , Карл Клаузевиц

Биографии и Мемуары / Публицистика / История / Книги о войне / Образование и наука / Документальное