Виктор Черномырдин: В харизме надо родиться

Однако эта история получила совсем иную трактовку. Здесь увидели очередной пример противодействия консерваторов реформаторскому крылу правительства: мол, Чубайс собирался быстро и решительно навести порядок, заставить крупные компании исправно платить налоги, а ЧВС упирается. Как пишет Гилман, с точки зрения Гайдара, поддерживавшего в данном вопросе позиции вице-премьера, «главная цель заключалась не столько в получении дополнительных средств, сколько в демонстрации политической воли [точно такая же позиция была у реформаторов в истории со Связьинвестом, закончившаяся, как известно, катастрофическими последствиями для всей системы власти. – А. В.]. Он отметил также, что если политические издержки в данном случае сочтут слишком большими, то тогда не останется никаких надежд на осуществление всех остальных, таких же непростых мер по укреплению налоговой и бюджетной дисциплины, предусмотренных в подлежащей исполнению программе. С его точки зрения, руководству МВФ следовало настаивать на полном и немедленном исполнении изначального решения ВЧК и не идти ни на какие уступки».

ЧВС был убежден, что власти требовалось действовать аккуратно, а не размахивать сразу шашкой. И уж во всяком случае из-за океана не могут адекватно оценивать политическую и экономическую ситуацию в России. Нам все-таки виднее.

В конечном итоге компании налоги заплатили.

Однако комиссия дала результат, и очень важный. Она дала всем понять, что налоговая система нуждается в основательной перезагрузке. Не по отдельным частям. Вся. Принципы построения новой системы должны быть другими. Эта новая система создалась в 2000–2001 годах. Так что комиссия сыграла свою важную роль – заставила глубоко погрузиться в проблему всех участников. Ведь когда все начиналось, никто не знал, что потребуются такие громадные перемены.

Заканчивался пятый год реформ, а оказалось, что сделано еще слишком мало для формирования стабильно развивающейся рыночной экономики.

М. Гилман: «В 1995 году уже можно было признать, что российские власти сумели в жестких рамках программы stand-by с МВФ заложить основы для долгосрочной стабилизации. Но с высоты сегодняшнего понимания очевидно, что таким образом была проделана только самая легкая часть работы. По сравнению с тем, что постсоветской России еще предстояло».

Но потом были парламентские выборы, президентские…

8.5. Новое правительство

Вновь сформированное в августе 1996 года правительство «профессионалов» (по определению самого ЧВС) не отличалось особой новизной. Оно запомнилось разве что экзотическим кадровым решением – приглашением на должность первого вице-премьера бизнесмена Владимира Потанина.

«В 96-м, когда БН готовился к операции, – вспоминает Юмашев, – у ЧВС была возможность создать самое идеальное правительство, о котором он только мог мечтать. Уже нет Коржакова, Барсукова, Сосковца, нет никаких лоббистов. И он создает самое ужасное правительство за всю историю. Которое сам вынужден был через полгода разогнать. Он сам прибежал через 3–4 месяца к Чубайсу, говорит: “Толя, спасай, умоляю тебя прийти в правительство”. Чубайс потому и пришел туда, что ЧВС его умолял.

Почему он набрал такое правительство? Он набрал комфортных людей. ЧВС считал, например, что у Игнатенко очень сильные позиции в СМИ и он устроит ему хорошие отношения со СМИ. Но Игнатенко не Малашенко. Малашенко – суперменеджер нового поколения, а Игнатенко из старой истории. И для всех новых СМИ (“Коммерсант”, “Сегодня”, НТВ и др.) – Игнатенко был уже не авторитет. Для ЧВС вопрос его имиджа был очень важен. Но он не хотел никогда, чтобы эта забота об имидже как-то дошла до БН. Что он раньше времени куда-то бежит. Он был в этом плане очень осторожен.

Идея с Потаниным в правительстве – Березовского. ЧВС ее воспринял очень положительно. Очень понравилась. Он считал, что ему нужен кто-то, кто хорошо во всем этом современном разбирается. И Потанин в этом плане понимает, что такое экономика, что такое современный бизнес. Примерно понимает, что нужно. Потанин кучу всего сделал. Огромное количество вещей, которые зависели от правительства, а не от Думы. Потанин привлек целую команду специалистов, юристов, на свои деньги их содержал, они писали огромное количество документов, которое потом правительство реализовало. Или позже при Чубайсе и Немцове. Возможно, если бы не конфликт, он бы остался работать с Чубайсом».

Потанин пришел в правительство как представитель бизнес-элиты, выражающий ее позицию. Считалось, что правительство не до конца понимает и учитывает интересы бизнеса. Такой была идеология его появления во власти. И у ЧВС никакого предубеждения против Потанина не было. Пришел – и работай.

ЧВС действительно хотелось понять, какую пользу такой успешный бизнесмен, хозяин ОНЭКСИМ-банка, купивший на залоговых аукционах «Норникель», словом, так хорошо разбирающийся в современных рыночных отношениях, сможет принести на посту его зама, отвечающего за экономический блок. Как сможет послужить государству.

Раз ты такой крутой – покажи, чего умеешь.