Виталий Дубинин. Это серьезно и несерьезно. Авторизованная биография бас-гитариста группы «Ария»

Осенью 1977 года у нас с Володей началась военная кафедра, и это значит, что наши длинные волосы, которые у нас действительно к тому моменту отросли, и мы выглядели по-рокерски – в джинсах и с хаером,– пришлось отрезать и сменить имидж на очень короткие стрижки. На военной кафедре существовала жесткая дисциплина, и как бы ты ни прятал под воротник волосы, отросшие пусть даже на сантиметр больше положенного, все равно преподаватель-офицер предъявлял тебе претензии по этому поводу, а то и удалял с занятий, и приходилось стричься. Поэтому мы с Володей выглядели как два, иначе не сказать, ушлепка: вроде бы рокеры, в джинсах – а у меня еще тогда, помню, были джинсы, узкие-узкие в бедрах и сильно расклешенные внизу (удалось такие купить), – и с совершенно неподобающими прическами. Это, конечно, нас дико ломало, но, к сожалению, два курса – третий и четвертый – прошли именно в таком режиме. Даже, если быть точным, три, просто на пятом курсе с этим было чуть менее строго, и мы могли себе позволить волосы, которые хотя бы слегка закрывают уши, а до этого ходили максимально коротко остриженные. Нас утешало, что хотя бы при этом мы были одеты как надо – в джинсах, футболках.

Нам перестало нравиться играть на школьных вечерах, потому что там и денег особых было не заработать, и в целом мы поняли, что формат «игры на танцах» – это все же не совсем наше. Мы оставили для себя свадьбы, потому что там щедро платили плюс там можно было, как я уже говорил, прикарманить водки и потом ее продать. Один раз мы выступали на свадьбе опять же где-то в районе Люберец, и играли там два дня. То есть мы отыграли в первый день, и нам говорят:

– Ребята, а завтра сможете? Уже не вечером, а часа в два дня.

– Не вопрос! – отвечаем мы, – сыграем!

Они заплатили нам двойной гонорар. А когда мы потом посчитали, сколько нам удалось прихватить оттуда водки, получилось двадцать бутылок! Можно представить, как люди гуляли, если только музыкантам перепало столько алкоголя! А значит, мы заработали еще 100 рублей сверху – шикарный заработок! Но все же самой главной целью для нас стали именно выступления на концертах, а также в комнатах отдыха типа «Кормушки», которые, по сути, были прообразами рок-клубов.

Между тем мы также сами продолжали ходить на сейшена. И вот однажды Леша Максимов пришел и говорит:

– Я тут ходил на «Високосное лето», потом помог им с погрузкой аппаратуры и познакомился с Кутиковым! Я ему рассказал, что у нас есть группа, и пригласил его к нам на репетицию!

– Да ладно! – не поверил я. – Во-первых, ты гонишь, а во-вторых, если даже ты с ним и познакомился, он тебе просто из вежливости сказал, что придет, а на самом деле он к нам не собирается, конечно.

– Да нет, – возразил Леша, – я договорился, и на следующую репетицию он придет, вот увидишь!

«Волшебные сумерки», 1978 г.

И на ближайшую репетицию – а это как раз было воскресенье – действительно пришел Кутиков! Леша его встретил, Александр пришел с женой. Мы сыграли для них новые песни – без Deep Purple и прочих «классиков», только свои вещи, пояснив, что это наша новая программа, совсем недавно созданная.

Как мы поняли, Кутикову понравилось то, что он услышал, он сказал, что у нас хорошие шансы, пожелал нам успехов. Конечно, он еще отдельно отметил Лешу Максимова: «Очень интересная музыка!». Кстати, когда Кутиков был уже в «Машине», после ухода Подгородецкого он предлагал Максимову присоединиться к ним, но тот отказался. До сих пор не понимаю, почему…

Знакомство с Кутиковым нас настолько вдохновило, что мы сразу почувствовали себя ближе к музыкальной тусовке Москвы. До этого нам казалось, что мы такие все полупровинциальные – кто из Люберец, кто из Внукова, один Леша только был из района Водного стадиона, – в общем, деревня. А здесь уже нас заметил сам Кутиков и сказал, что у нас есть будущее! Нас буквально распирало от радости и гордости.

Шел уже 1979 год, мы учились на 4-м курсе. Кутиков пришел к нам весной, и через какое-то время, не знаю точно, от кого, нам поступило предложение поехать играть летом в лагере нашего МЭИ. Лагерь располагался в Крыму, под Алуштой, и о нем ходили легенды – что это настоящее райское место, там постоянно играют группы и отдыхает сам Градский.