Империя, созданная в Никее, была другой. Она оставалась во всех отношениях ближайшей к Константинополю – короткое путешествие на корабле и день пути. Никея являлась хорошо укрепленным древним городом с известной и престижной историей – здесь проходили два Вселенских собора – и всеми городскими памятниками, необходимыми для столицы. С самого начала здесь жило много ссыльных из столицы и имелись самые большие имперские притязания. Феодор Ласкарис женился на Анне, дочери Алексея III Ангела, и перевез все, что можно было спасти от имперской системы правления, из Константинополя в Никею. Когда патриарх Иоанн Каматир отказался переезжать в Никею, Феодор убедил имевшего достаточную квалификацию клирика Михаила Авториана стать ортодоксальным патриархом в изгнании. И в 1208 г. Авториан провел императорскую коронацию, сделавшую Феодора первым византийским императором, провозглашенным в государствах-преемниках.
Первый внук и тезка Феодора, прежде чем стать правителем в 1254 г., написал хвалебную речь в честь города, которую произнес в присутствии своего отца Иоанна III Ватаца и горожан. Он подчеркнул, что «город ваш, никейцы… венчает ваши головы пурпуром благородства и правды… а в ответ наделяется вами величием… это действительно город среди городов, потому что в нем живут люди, славящиеся ученостью, а не богатством и большой армией… [Никея] – царица всех городов – занимает, благодаря учености жителей, самое высокое положение».[65]
Привлекая внимание к красоте территории, богатствам сельскохозяйственных угодий и озер, виноградников и источников питьевой воды, он утверждает, что все это может удовлетворить самого придирчивого гурмана и любителя роскоши, а образование городских жителей выплескивается за городские стены на окрестные поля, и даже крестьяне становятся мудрее.
Подобная оценка цивилизаторской роли большого города является обычной, но Феодор подчеркивает, что никейская ученость поднимает ее над древним Вавилоном, городами Индии и даже Афинами. В 1290 г. аналогичная хвалебная речь была написана Феодором Метохитом к визиту императора Андроника II Палеолога. Будущий гражданский служащий привлек внимание к удачному расположению Никеи и ее озерам, возможности наслаждаться водными процедурами в чарующем окружении, которое добавляет роскоши обычной бытовой процедуре. Он написал о приютах для тех, кто страдает от болезней, сопутствующих бедности, включая людей, пораженных священной болезнью (эпилепсией). Подробно описав церкви и монастыри, стены и дома, он напомнил Андронику, что Никея содержит «почтенные сокровища красоты, знаменитые памятники мудрости наших времен, ее плоды, ее блестящие и великолепные обряды, священные места медитаций для тех, кто решил удалиться от материальных вещей и посвятить все свое время только Богу.[66]
Пока Константинополь был занят латинянами, императоры в Никее создали жизнеспособную имперскую структуру на западе Малой Азии и развили сельскохозяйственный потенциал района, чтобы создать экономическую возможность выживания в одиночестве. Во время своего долгого правления (1224–1254) император Иоанн III Ватац сумел прекратить ввоз иностранных товаров и продовольствия, потому что Никея самостоятельно обеспечивала свои основные потребности. Многочисленные пожертвования способствовали развитию сельского хозяйства, о чем говорится в записях монастыря, посвященного Пресвятой Деве, что недалеко от Смирны (современный Измир). Разумный союз с генуэзцами, которые были первыми из итальянцев, получивших доступ к прибыльной черноморской торговле, принес увеличение инвестиций в международную торговлю. Император предпочел жить в Нимфайоне с 1230-х гг., где находились монетный двор и казначейство, но патриарх остался в Никее.