Византия. Удивительная жизнь средневековой империи

Веками после падения Царьграда перед турками продолжал использоваться термин «византин» – воспоминание о прославленной надежности византийских золотых монет. Несмотря на обесценивание, имевшее место в XI в., «византин» навевал мысли о полновесной золотой монете раннего Средневековья, когда Византия обеспечивала рост Венеции и других итальянских городов-государств.

Сфера художественного творчества Византии, ее шелка и слоновая кость устанавливали стандарты красоты и искусства ремесленников, а ее образы вдохновляли иконописцев в ортодоксальных общинах по всему миру. Что же касается теологии, то напряженная внутренняя борьба империи с иконоборческими ограничениями, ускоренная насильственным принятием ислама, стала отправной точкой для пуритан почти тысячелетием позже. Способность Византии покорять и, главное, оборонять себя и свою изумительную столицу защитила северо-западные регионы Средиземноморья во время хаотичного, но продуктивного периода, последовавшего за крахом Римской империи на Западе. Без Византии не было бы Европы.

Во время критического периода раннего Средневековья, когда арабы вышли из пустыни, чтобы захватить святые места иудеев и христиан и хлебородные области Египта, им путь преградил только Константинополь. Если бы фортификационные сооружения Царьграда, а также упорство и опыт его жителей – императора, двора, народа – не обеспечили надежное функционирование оборонительной системы, ислам бы занял Византию еще в VII в. Завершив завоевание Дамаска, Иерусалима и Персидской империи, мусульмане, несомненно, наводнили бы средиземноморскую империю, созданную Римом, покорив Константинополь с его ресурсами и доходами, судоверфями и торговыми сетями, они успешно продвинулись бы вдоль южного берега Средиземного моря в Испанию, и также смогли бы пересечь Балканский полуостров и установить свое господство на северном побережье.

Таким образом, существование Византии частично определялось соперничеством с последующими арабскими государствами, а отношения между христианством и исламом имели формативное влияние на развитие империи. Как мы уже видели, ее первоначальный контакт с исламом в VII в. произошел внезапно. Историческое поражение, которое Византия нанесла Персии, отвлекло внимание от того, что первоначально казалось всего лишь племенным мародерством, разве что с витком к хилиазму. Вместо этого появление арабов под знаменами пророка оказалось длительным травматическим периодом. Влияние их быстрых военных триумфов в 632–642 гг. заставило Византию уйти в Малую Азию, покинув святые христианские центры, а также ряд ранних монастырских территорий в Египте, Палестине и Сирии. Но все же Византия сумела отбить мусульманские атаки на свою столицу и удержать границу по Таврскому горному хребту. Подъем и срыв масштабных планов ислама привели к формативному трехходовому делению Древнего мира на три неравные части: мусульманский Восток от Сирии и Египта через побережье Африки глубоко в Испанию; западная часть, принявшая название Европа; восточная часть, оставшаяся сердцем Византии.

Во время первой затянувшейся встречи с исламом ужас византийцев из-за быстрых военных успехов мусульман соединился с осуждением их теологии. Ее назвали ересью, хотя и отличной от других доктринальных заблуждений VII в. И если Византия позже признала, что ислам – откровение от того же единого Бога, все же ее жители не стремились подробно изучить Коран и уж тем более признать, что он заменил христианство. Вместо этого были спешно пересмотрены и обновлены аргументы, которые использовались в полемике христиан с иудеями, чтобы обратить их против новых противников. Полемика велась очень активно. На свет появились документы, написанные в форме диалогов, в которых неизменно подтверждалась правильность христианской позиции и осуждались мусульмане. В VIII и IX вв. ситуация обострилась с развитием византийского иконоборчества – как реакция на ислам и средство консолидации империи, чтобы ответить на вызов ислама.

После 750 г. внутренние противоречия и гражданская война у мусульман заставила Аббасидов перевести столицу из Дамаска в Багдад, на берег Тигра. Подъем Аббасидов расколол исламский мир на противоборствующие халифаты, оставив Омейядов в Испании. Это несколько ослабило давление на Византию. Хотя новые центры мусульманской власти в Багдаде и Кордове теперь оказались дальше от Константинополя, чем Дамаск, они остались средоточиями постоянных переговоров. Византия старалась поддерживать дипломатические отношения со всеми соперничавшими исламскими государствами.