Византия. Удивительная жизнь средневековой империи

Византийская система образования всегда оставалась классической, основанной на семи свободных искусствах Античности: слова (грамматика и риторика), мышления (логика) и числа (арифметика, геометрия, астрономия, гармония). Философская дискуссия оставалась определяющей во всей программе, хотя только «продвинутые» студенты изучали тексты Платона и Аристотеля. Дети начинали с букв и учились писать алфавит на восковых табличках или грифельных досках. От басен Эзопа они переходили к упражнениям, основанным на «Искусстве грамматики» Дионисия Фракийского (грамматик II в. до н. э.). Они учили наизусть поэтические произведения, по большей части эпос Гомера. В среднем они могли запомнить и понять 30 строк в день, так что их прогресс в Илиаде, где больше 15 тыс. строк, вероятно, считался медленным. После поэзии и грамматики подросток был готов приступить к риторике. Он учился говорить и делать свои речи убедительными, используя короткие модели текстов (progymnasmata) Афтония Антиохийского и более поздние труды. Студенты читали речи Демосфена и Либания и практиковались в произнесении речей по особым случаям, таким как императорская свадьба. Все это предшествовало изучению математических наук и философии, проходившему обычно в столице.

Эта программа обладала большой силой. Ей следовали без существенных изменений в V–XV вв. Она обеспечивала воспитание образованных византийцев, имевших надежную базу знаний, основанную на греческих принципах, с добавлением христианских учений и теологии. Как объяснял своим сыновьям Кекавмен, военный-самоучка XI в., Библия полна полезных историй и нравоучений. Кекавмен, как и большинство высокопоставленных чиновников, понимал важность совмещения светского образования с глубоким уважением к христианской вере. Служители церкви отвечали тем же и уделяли повышенное внимание получению хорошего мирского образования, необходимого для обсуждения теологических проблем. Документы VI Вселенского собора 680–681 гг., к примеру, показывают изощренную процедуру сличения оригиналов христианских источников с авторизованными копиями в библиотеке патриархии. Высокий уровень грамотности и интеллектуальных достижений священнослужителей позволял Византии эффективно отстаивать свои теологические принципы.

В Восточной Римской империи считалась само собой разумеющейся необходимость высокого уровня развития системы ведения документации, не имевшей себе равных в период Средних веков. Например, судебные решения записывались в трех экземплярах, так чтобы копия оставалась в имперской канцелярии и у обеих сторон конфликта. Например, в споре относительно земли, который рассматривался в суде патриархии в 1315 г., женщина и ее родственница предъявили шесть документов, относившихся к одному и тому же участку земли, два из них оказались поддельными. Так же методично записывался ход дипломатических переговоров. Это нам известно по угрозе императора Никифора Фоки представить копию соглашения, заключенного в 967 г., если бы Западное посольство 968 г. попыталось его нарушить. Налоговые архивы содержали подробности сборов с предыдущих поколений землевладельцев, а также данные о лицах, ответственных за платежи. Личные контракты, составленные нотариусами, также содержали аналогичные личные данные. Деятельность императора обеспечивали тысячи чиновников и опытных писцов.

Кроме того, в Византии признавали незаписанные договоренности бедняков и неграмотных, а также поощряли развитие устной культуры, которая существовала в непосредственной связи с письменной. Устная культура характеризовалась четкостью, внятностью речи и была представлена в песнях, рассказах и воспоминаниях, которые передавались из поколения в поколение, как и в большинстве средневековых обществ. Письменные свидетельства этой устной разговорной культуры невелики – что следует из ее природы. Но во многих случаях очевидно, что родители и родственники старшего возраста обучали своих детей пословицам, взятым из древней греческой драмы и поэзии. Молодому поколению рассказывали о древних богах и богинях, преподавали уроки моральных ценностей. Технические навыки, основы земледелия или ведения домашнего хозяйства, равно как и многое другое, вероятно, тоже передавались в семьях. Отцы учили сыновей ремеслу строителей и кузнецов, а матери обучали дочерей готовить и ткать. Что же касается медицины, то местная акушерка являлась в самом буквальном смысле слова мудрой женщиной, чьи знания и опыт могли спасти жизнь. Те, кто ухаживали за эпилептиками и прокаженными, по большей части полагались на опыт, переданный им в устной форме. Таким образом, помимо манускриптов, посредством которых передавались медицинские знания на основе трудов Галена и других экспертов, византийские медики имели доступ к уникальным знаниям – в форме устных инструкций по уходу за больными.