Византия. Удивительная жизнь средневековой империи

Разные мероприятия для мужчин и женщин являлись нормой. Они давали императрице возможность выступить хозяйкой и проявить свою значимость. Во время визита Ольге был пожалован титул zoste patrikia, к которому прилагался особый пояс. Княгиня, украшенная таким образом, приняла участие в смешанном приеме, с участием мужчин и женщин, на котором она сидела рядом с правящей четой и юным принцем Романом II. Места за столом всегда имели первостепенное значение. Особенно ценилась близость к столу для почетных гостей. Столь привилегированное место означало, что княгине был дарован высший статус среди иностранцев. Несмотря на то что места распределялись заранее, споры относительно того, кто где сидит, являлись неизбежными. Мы уже упоминали, как оскорбился за своего хозяина Лиутпранд, когда булгары оказались ближе к императору, чем он. Он также записал историю о банкете 945 г., на котором планировалось убить Константина VII Багрянородного. Чиновник, предупредивший императора об угрозе, посоветовал ему, как избежать опасности. В тот самый момент, когда начался спор относительно мест, принц должен был ударить по щиту, тем самым дав сигнал верным ему македонским войскам, чтобы те ворвались в зал и арестовали предателей.

Арабские дипломаты и военнопленные также оставили похожие рассказы о жизни императорского двора. У Гаруна ибн Яхья есть интересная история о дворце, куда мусульманские пленные были приглашены на ужин по особому поводу, причем их заверили, что в тарелках нет свинины. Он описал стражей – черные христиане, хазары и турки – все со своими оружием, четыре разных тюрьмы, многочисленные талисманы (включая лошадь и всадника с рубиновыми глазами), орган, украшения и столы из дерева, кости и золота. Возле церкви Св. Софии он заметил часы с 24 дверцами, которые открывались и закрывались каждый час. Автор заинтересовался резервуаром, из которого вино и мед могли литься из статуй, стоявших на вершине колонн.

На ипподроме Гарун решил, что Змеиная колонна, сделанная из четырех медных змей, была предназначена для отпугивания настоящих, и описал другие полые статуи из желтой меди, представлявшие людей, лошадей и диких животных. Он с удивлением увидел, что императрица села рядом с императором, чтобы посмотреть гонки колесниц и скачки. Эта сцена изображена на фресках, украшающих юго-западную башню кафедрального собора в Киеве (собора Св. Софии), где императорская чета показана сидящей в императорской ложе и наблюдающей за спортивными состязаниями. В начале XV в. испанский посол Клавихо писал о том же: императрица сидит рядом с императором на ипподроме, остальные дамы наблюдают за происходящим на арене с галереи над входом. Хотя акробаты, жонглеры, гимнасты, борцы, шуты (часто карлики) и танцоры, мужчины и женщины, были обычными артистами при дворах государей во всем средневековом мире, у Византии и здесь возникли свои особенности: акробаты выступали на верблюдах и на канатах, натянутых между высокими колоннами на ипподроме. Музыкальные развлечения обеспечивали евнухи с их звонкими высокими голосами, на органах, лирах и кастаньетах играли «голубые» и «зеленые».

Самое подробное освещение деятельности византийского двора, дипломатии и администрации – компиляции Константина VII Багрянородного: «Книга церемоний», трактат «Об управлении империей», посвященный его сыну, и еще один – «О фемах». Они отражают практическую необходимость тщательной подготовки Романа II к роли императора и дают начало долгой традиции наставнических книг. Два трактата касаются, соответственно, территорий и правителей за пределами империи и регионов под имперским контролем, фем. В них приведено много географической информации о разных ландшафтах, горах, реках и характеристиках жителей. Трактат «Об управлении империей» открывается обсуждением печенегов, считавшихся чрезвычайно опасными врагами, – «ненасытных и крайне жадных до вещей, редких у них… бесстыдных в требованиях щедрых даров». Константин советует: «Всякий раз, когда посланник переправится в Херсон (Херсонес. – Ред.) ради подобного поручения, он должен тотчас послать в Пачинакию (земля печенегов) и потребовать от них заложников и охранников. Когда они прибудут, то заложников оставить под стражей в крепости Херсона, а самому с охранниками отправиться в Пачинакию и исполнить порученное».[33]

Эта практическая информация подкреплялась конкретным примером: «Когда клирик Гавриил как-то был послан к туркам по повелению императора и сказал им: „Император заявляет вам, чтобы вы отправились и прогнали пачинакитов с мест их“, то все главные люди турок воскликнули в один голос: „Мы не ввяжемся в войну с пачинакитами, так как… страна их велика, народ многочислен, дурное это отродье“».[34]