Византия. Удивительная жизнь средневековой империи

Самые удивительные примеры porphyrogennetoi, преодолевших все трудности и воплотивших свои претензии на императорскую власть, – Зоя и Феодора, две племянницы Василия II. Поскольку сам Василий так и не женился, сестры стали последними живыми наследницами Македонской династии, основанной Василием I. Представляется странным, что ни Василий II, ни его брат Константин VIII, их отец, не сумели обеспечить продолжения рода, выдав сестер замуж. Зоя, которая, как утверждают, слыла красавицей, была помолвлена с юным принцем, наполовину византийцем, Оттоном III. Однако, приехав в Италию в 1002 г., Зоя узнала о его смерти. В 1028 г., когда ее отец Константин VIII почувствовал приближение смерти, он устроил брак Зои с престарелым генералом Романом III Аргиром (1028–1034), но у них не было детей. После смерти первого мужа Зоя возвела на трон еще троих мужчин: Михаила IV (1034–1041), Михаила V (племянника могущественного придворного – евнуха, которого она усыновила; правил в 1041–1042) и Константина IX Мономаха (1042–1055). Михаил IV ушел в монастырь, Михаил V попытался узурпировать императорскую власть, сослав Зою в монастырь, что спровоцировало население Константинополя на бунт. Его ослепили, и две сестры porphyrogennetoi были восстановлены в правах. Судя по всему, в столице не сомневались: Зоя и Феодора – единственные законные наследницы Македонской династии.

С согласия Зои Константин IX поселил свою любовницу Марию Склирену в Большом дворце, в комнате, расположенной в противоположном крыле от императорских покоев. Он возвысил ее до весьма почетного положения, но народный гнев не позволил назвать ее императрицей. Несмотря на три брака, ни один из мужей не подарил Зое столь нужного ей ребенка, и в 1050 г. она умерла, оставив у власти Константина IX. Он завел еще одну любовницу и в отсутствие посторонних называл ее императрицей. Но на публике Феодора porphyrogennetoi оставалась единственной женщиной, которой разрешалось использовать этот титул. Узнав, что Константин IX умирает, Феодора вернулась в город, чтобы потребовать трон, и легко привлекла на свою сторону дворцовую стражу. Историк XI в. Пселл пишет, что «были определенные факторы, которые сделали ее влияние на них всесильным: факт, что она была „рождена в пурпуре“; ее мягкий характер, печальные обстоятельства ее прежней жизни».[42]

Несмотря на длительное вынужденное уединение, она приняла на себя обязанности мужчины и стала править одна, как будто только теперь поняла свое истинное призвание.

Хотя сестры porphyrogennetoi успешно доказали свое право на трон, со смертью Феодоры в 1056 г. прекратила свое существование Македонская династия. Семейство Дука сделало попытку использовать порфир, чтобы создать собственную династию, но это удалось им лишь в союзе с кланом Комнинов, который в 1081 г. захватил власть. Алексей I Комнин и его супруга Ирина произвели на свет девять детей, и все они родились в «пурпуре». Старший ребенок – девочка – Анна Комнина была очень высокого мнения о своих правах. Хотя она считала, что факт первородства давал ей основания претендовать на императорский трон, но после смерти отца императором стал ее младший брат Иоанн, а его наследником – сын Иоанна Мануил. Но последний из Комнинов porphyrogennetoi, имевший права на трон, Алексей II (1180–1183) был свергнут кузеном своего отца Андроником I (1183–1185) и убит. Так что, хотя порфир помог установлению династии Комнинов, он не смог обеспечить права юного принца.

Как мы видели, если porphyrogennetos не был достаточно зрелым, чтобы править самостоятельно, власть могли узурпировать другие люди. Императрицы-матери – Феодора в 843 г. и Зоя Карбонопсина в 913 г. – выступали как регентши своих сыновей, следуя примеру Ирины. В спорных обстоятельствах на сцене появлялись честолюбивые евнухи, такие как Василий Лакапин или Иоанн Орфанотроф, дядя Михаила V, которые объявляли себя защитниками porphyrogennetos. Но жители Константинополя, впрочем, как, вероятно, и других частей империи, хранили верность тем, кто был «рожден в пурпуре», и неоднократно вмешивались, чтобы защитить их от врагов. Высокий престиж титула доказывает тот факт, что после 1204 г. его присвоили себе представители рода Ласкарисов, правившего в Никее, хотя они никак не могли быть «рождены в пурпуре». Определение porphyrogennetos стало титулом, отличавшим императоров, и использовалось династией Палеолог до 1453 г. Простая инновация – пурпурный «роддом», гарантировавший законность императорской власти, – просуществовала 700 лет и принесла пользу четырем правящим династиям Византии. Ни одна империя не создавала такого незамысловатого и действенного инструмента.

Глава 18Гора Афон