Владетельные князья Владимирских и Московских уделов и великие и удельные владетельные князья Суздальско-Нижегородские, Тверские и Рязанские. Великие

В конце апреля 1353 г. скончался великий князь Семен Иванович, и нижегородский великий князь нашел минуту удобной для открытого предъявления своих прав на великое княжение Владимирское, так как преемником Семена был его брат Иван, человек слабый и духом и телом. «Сперся, — сказано в летописи, — о великом княжении князь Иван Иванович московский да князь Костянтин суздальский Васильевич». Новгородцы, много терпевшие от московских князей, естественно, взяли сторону Константина: они отправили к хану послом Семена Судакова, который должен был хлопотать в Орде об утверждении Константина в великокняжеском достоинстве. Но «не послуша их царь, даст великое княжение князю Ивану Ивановичю»[1111]. Константин не мог простить этого Ивану и помешал ему наказать новгородцев за происки в Орде. Впрочем, в 1355 г. «князь великии Иван Ивановичь взя любовь со князем Костянтином Васильевичем суздалским»[1112]. Незадолго до смерти Константин Васильевич вошел в родственные связи с литовским княжеским домом: как скоро увидим, его сын Борис женился на дочери Ольгерда.

Константин Васильевич скончался 21 ноября 1355 г., приняв иноческий образ и схиму, и похоронен в основанной им церкви Святого Спаса. По словам летописи, он «княжил 15 лет честно и грозно, боронил отчину свою от силных князей и от татар»[1113].

Константин Васильевич был женат дважды: а) на дочери греческого (Манкупского) князя Василия Анне, упоминаемой только в Слове о житии и преставлении великого князя Димитрия Ивановича Донского[1114]; б) на Елене, известной только по имени. Некоторые думают, что от первого брака Константин имел только одного сына Андрея, а остальные сыновья родились от второй супруги[1115]; другие, напротив, всех детей приписывают второму браку[1116].

Как бы то ни было, у Константина Васильевича было четыре сына: Андрей, Димитрий (в иночестве — Фома, а в схиме — Феодор), Борис и другой Димитрий по прозванию Ноготь, родоначальник угасших князей Ногтевых.

Андрей Константинович1323 — ум. в 1365 г

Андрей Константинович не упоминается в летописях до 1355 г., т. е. до кончины своего отца[1117]. Под указанным годом, отметив кончину Константина Васильевича, летописи говорят, что в ту же зиму Андрей пошел к царю Чанибеку: «И чествование его царь и пожалова его и даде ему стол отца его, княжение Суздалское и Нижнии Новгород и Городец»[1118]. Из Орды Андрей Константинович возвратился летом уже в следующем, 1356 г.[1119] «с честию и с пожалованием».

До нас дошло известие, что в том же 1356 г. великий князь Иван Иванович и Андрей Константинович съезжались на свидание в Переславле, что Иван Иванович щедро одарил младшего брата и отпустил его с миром[1120]. Причины этой встречи в летописи не обозначены, но о них можно догадываться. Мы уже знаем, что отец Андрея Константиновича по смерти Гордого претендовал на великокняжеский стол и, следовательно, оказался соперником Ивану Ивановичу. Вероятно, по своему мягкому и миролюбивому характеру Иван Иванович не желал продолжения распри и первый сделал шаг к примирению.

Андрей Константинович, став главой Суздальско-Нижегородского княжества, дал уделы младшим братьям: Димитрию — Суздаль, Борису — Городец с Поволжьем и берегами Суры, а самый младший, Димитрий Ноготь, кажется, не получил никакого удела и жил в Суздале[1121].

В первые годы княжения Андрея Константиновича в Орде происходили смуты: один хан убивал другого и занимал его место. Так, в 1359 г. убит был хан Бердибек, сын Чанибека; его преемник Кульпа царствовал чуть больше полугода и был убит Наврусом. В эти «бранные времена» Андрей Константинович был в Орде, возможно, для представления новому хану, «и едва упасе его Бог от горкия смерти от рук поганых». В том же году все русские князья, а следовательно, и Андрей Константинович ходили в Орду к новому хану Наврусу «и биша челом царю о разделение княжение их»; хан «смири их и раздел положи княжениям их»: каждый из князей получил свою отчину[1122].

Почти в то же время жукотинские князья жаловались в Орде на новгородских разбойников, которые в Жукотине ограбили и убили многих татар. Хидырь, недавно занявший место Навруса, чрез троих послов, с которыми прибыли на Русь и жукотинцы, требовал от русских князей выдачи разбойников. Зимой 1360 г. в Костроме собрались князья: Димитрий Константинович, тогда великий князь Владимирский, его старший брат Андрей Нижегородский и Константин Ростовский. На съезде было положено выдать разбойников, что и было приведено в исполнение[1123].