Владетельные князья Владимирских и Московских уделов и великие и удельные владетельные князья Суздальско-Нижегородские, Тверские и Рязанские. Великие

Относительно того, в каких отношениях Димитрий Константинович находился с соседями-инородцами, летописи мало дают известий. Судя по таким фактам, как нападение Булат-Темира, они представляются неприязненными. Но Булат-Темир не должен идти здесь в расчет: он был временным соседом, и уже потому, что, побитый нижегородскими князьями, бежал в Орду (где был убит ханом Азисом), представляется предводителем бродячей разбойничьей шайки. Другое дело — более оседлый сосед, как болгарский князь Асан (или Осан). Сохранилось летописное известие о столкновении Димитрия Константиновича с Асаном, но по воле хана. Осенью 1370 г. Константин послал на него брата Бориса и сына Василия с большим войском, с князьями находился в походе и царев посол Ачихожа; Асан выслал им навстречу своих людей с челобитьем и многими дарами, те дарами воспользовались, но на Болгарском княжестве посадили какого-то Салтана, Бакова сына (или Салтан-Бакова сына?), и возвратились домой[1143].

Чрез два года после этого похода Димитрий Константинович, опасаясь, конечно, нападений как со стороны своих (ушкуйники), так и со стороны инородцев, «заложи Новгород Нижнии камен»[1144].

Затем в течение двух лет в летописях не встречается никаких известий о Димитрии Константиновиче. В 1374 г. к Нижнему Новгороду пришло полторы тысячи татар во главе с несколькими послами. Димитрий Константинович с женой, братьями, детьми и боярами был в это время на крестинах у своего зятя, великого князя Московского, против которого, кажется, и шли татары (вероятно, передовой отряд), так как Димитрий Иванович в это время был во вражде с Мамаем. Нижегородцы перебили и татар, и нескольких послов, а старшего посла, по имени Сарайка, взяли живьем вместе с его дружиной и заперли в крепости. По возвращении Димитрий Константинович приказал развести татар по разным местам, но Сарайка сумел пробиться на архиерейский двор и зажег его, татары стреляли оттуда в граждан, многих ранили, многих положили на месте; стреляли и в епископа Дионисия, но неудачно: только одна стрела зацепила его мантию. Народ, однако, одолел татар и перебил всех. Татары не хотели оставить этого безнаказанным и вскоре прошли берега Киши с огнем и мечом, пограбили все Запьянье, людей или повырезали, как, например, боярина Парфения Федоровича, или забрали в полон[1145]. Точно так же Мамай, поддерживавший Михаила Тверского, не хотел оставить безнаказанным того, что Димитрий Константинович с сыном Семеном и братом Борисом Городецким участвовал в том же 1375 г. (июль и август) в походе великого князя Димитрия Ивановича на Тверь. Татары подошли к Нижнему Новгороду и спрашивали: «Почто естя ходили на великого князя Михаила Александровича тверскаго?» — затем пограбили Нижегородскую землю и с большим полоном ушли в Орду. Но еще несколько раньше татар, когда Димитрий Константинович был в походе под Тверь, на Новгород опять нападали ушкуйники и разорили его. На этот раз, впрочем, разбои их по Волге не остались безнаказанными: они добрались до Астрахани и приняты были тамошним владетелем Сальчеем, как хлебосольным хозяином: он угостил ушкуйников до того, что они «быша пиани, аки мертвы». В таком виде по приказу Сальчея они все были перерезаны[1146].

Димитрий Константинович в следующем, 1376 г., зимой, в отместку, кажется, за разорение нижегородских волостей в 1375 г. задумал предпринять поход на болгар, «рекше на Казань». Он просил помощи у зятя, и Димитрий Иванович прислал рать под предводительством князя Димитрия Михайловича Волынского, а Димитрий Константинович выставил многочисленную рать, во главе которой стояли его дети Василий и Иван. 16 марта русские подошли к Казани; казанцы вышли из города на бой: одни начали стрелять, другие «з города гром пущаху, страшаще руские полки»; некоторые стреляли из самострелов, а иные выезжали на верблюдах, «полошаще кони руские». Но все эти хитрости не достигали цели: русские сильно устремились на болгар, как один человек, — те не выдержали натиска и, преследуемые и избиваемые русскими, бежали в город. Села, зимовища и суда болгарские были истреблены огнем. Тогда болгарские князья Асан и Махмет-Салтан били челом великому князю и его тестю 2000 рублей, а на воинов их дали 3000 рублей; кроме того, они обязались принять к себе дарагу и таможника великого князя[1147], следовательно, обложены были данью.