Владивосток. Форпост России на Дальнем Востоке

После войны И.А. Ман стал прославленным арктическим и антарктическим капитаном.

<p>Командировка на Дальний Восток</p>

В 1941–1943 гг. я служил в системе АСС ТОФ. После перевода в Москву в центральный аппарат АСС ВМФ мне ещё не один раз приходилось бывать на Дальнем Востоке.

Так, в 1944 г. для выполнения приказа Государственного комитета обороны из Москвы срочно вылетела группа специалистов в составе адмирала Фролова, гидротехника Карпова и меня.

Как известно, остров Сахалин отделен от материка Татарским проливом, глубоко промерзающим в зимнее время. Но в конце зимы лёд ломается, и пролив забивается льдом Охотского моря. Ещё в 1915 г. было предложено построить дамбу между материком и Сахалином в самой узкой части пролива у мыса Тогиби. Но эта идея была отвергнута, т. к. дамба была бы разрушена весенним ледоходом. Во время войны по приказу Сталина в 1943 г. по дну Татарского пролива был проложен нефтепровод временного характера для передачи нефти, необходимой фронту и Дальнему Востоку, с Сахалина на материк, однако зимой 194¾4 г. он был полностью разрушен льдом. Приказом ГКО ставилась задача восстановления стратегически важной подачи нефти с Сахалина. Нашей группой совместно с усилиями местного командования на мысе Тогиби были сосредоточены рабочая сила, техника, стальные трубы. Трубы сваривались на берегу в длинные нитки. Эти нитки тянулись через пролив у мыса Тогиби и, наращиваемые со стороны Сахалина, усилиями тракторов вытягивались на материк. Работа была сложная, приходилось спускать водолазов, когда происходили заедания или повреждения нитки трубопровода. Стояли морозы, холодные ветра дули с Охотского моря. И Фролов, и Карпов, и я в своих флотских шинелях и ботинках мёрзли, отогреваясь у костров. Спали в вырытых землянках. Об этой работе был написан большой роман, я его читал, но, к сожалению, не помню название. Вернуться мы смогли только после полного окончания работ, пробыв там около месяца. Конечно, следующей весной в 1945 г. эти работы после ледохода пришлось продолжить, устраняя повреждения нефтепровода.

В другой раз командировка на Дальний Восток была в 1951 г. во время войны в Корее, которая становилась всё более ожесточённой. Главный штаб ВМФ принял решение провести под руководством заместителя главкома ВМФ широкомасштабную инспекцию готовности Тихоокеанского флота. Все центральные службы ВМФ должны были выделить в состав инспекции своих представителей, старших офицеров служб. От АСС назначили меня, и я присоединился к основному составу инспекции Главного морского штаба, размещённому на корабле штаба ТОФ. На этом корабле мы прибыли в Южно-Сахалинск. Этот городок, освобождённый от японцев, был небольшим и достаточно грязным, не имевшим канализации. Дома были мало приспособлены для жизни в зимнее время. Из окон торчали трубы печек.

На второй день работы меня срочно вызвали к адмиралу, который приказал мне немедленно выехать на его машине на аэродром, где меня ждал самолёт морской авиации типа «Каталина», чтобы доставить в Совгавань. С какой целью, адмирал не знал. Это был приказ из Москвы. Самолёт уже ждал меня на взлётной полосе. Лётчик выразил недовольство моим поздним прибытием, потому что садиться на своём самолёте он может только в светлое время суток. Меня впихнули в самолёт, и мы полетели. Я был единственным пассажиром на единственном сиденье – месте стрелка. Зачем меня доставляют в Совгавань, лётчик тоже не знал. Погода была ясная. Подо мной сначала был виден весь Сахалин от Тихого океана до Татарского пролива, густо покрытый лесами, затем водные просторы широкого здесь Татарского пролива. Самолёт сел на военном аэродроме Совгавани, когда уже начинало темнеть. Я выяснил у лётчика, где находятся штаб и казарма, и, не зная, что мне делать дальше, пошёл к казарме, рассчитывая отдохнуть. Нашёл свободный лежак, но уснуть не смог. В Южно-Сахалинске поесть я не успел и теперь был очень голоден. В полутьме добрался до штаба части, нашёл дежурного, дозвонился от него до дежурного по штабу военно-морской базы. Представился, доложил, что доставлен в Совгавань по какому-то указанию из Москвы и не знаю, что мне делать дальше. Дежурный был не в курсе и перезвонил мне через час. Сообщил, что меня должны самолётом переправить в Магадан, а большего он в открытом телефонном разговоре сказать не может. Надо было ждать утра. Мне удалось дозвониться до дежурного Аварийно-спасательной службы военно-морской базы. Повезло. Дежурил знакомый мне по службе инженер-капитан 3-го ранга Горбатов. Узнав, что мне некуда деться и я очень голоден, он предупредил, что угостить может только сухарями, и прислал за мной катер. От него я узнал о произошедшей в Магадане трагедии: в порту недалеко от причала взорвалось грузовое судно «Выборг» с толуолом. Эксплуатация порта затруднена. Есть шифрограмма правительства:

– Аварийно-спасательной службе ВМФ в кратчайший срок поднять пароход и убрать его от причала,

– Дальстрою МВД обеспечить эти работы всем необходимым (плавсредствами, транспортом, рабочими и материалами),