Владивосток. Форпост России на Дальнем Востоке

Однажды генерал-полковник Москаленко вызвал меня и ознакомил с копией шифрограммы руководителя Союзной военной администрации маршала СССР Соколовского, адресованной Сталину, Молотову, Булганину, Берии и наркому ВМФ Кузнецову. В ней сообщалось, что в советской зоне оккупации Германии затоплены колоссальные лайнеры «Ханза» и «Гамбург». Третий однотипный с ними лайнер затоплен ближе к датским берегам, и датчане ведут там какие-то демонтажные работы. Соколовский высказал мнение о ценности лайнеров для Министерства морского флота СССР и возможной целесообразности их подъёма, пока ими не заинтересовались иностранные фирмы. На шифрограмме была резолюция Сталина с требованием Кузнецову доложить свои соображения. По приказанию Москаленко я доложил ему положение затопленных лайнеров на морских картах. Согласно приведённым в шифрограмме координатам, лайнер «Ханза» был затоплен в 9 милях от порта Варнемюнде, а лайнер «Гамбург», также в открытом море, в 3 милях от порта Зассниц на острове Рюген. Глубина затопления лайнеров около 25 метров. Эти лайнеры, водоизмещением 31 200 тонн, являлись крупнейшими пассажирскими судами Германии и обслуживали пассажирскую линию Германия – Южная Америка. Целесообразность их подъёма могла быть определена только после водолазного обследования, для чего потребуется выделение в качестве плавбазы судна, обеспеченного топливом на время работ. Кроме того, на проведение там работ требовалось разрешение. Москаленко доложил всё это главкому ВМФ, и решение о водолазном обследовании было принято. Председателем Правительственной комиссии был назначен Н.П. Чикер. После обследования комиссия доложила, что лайнеры «Ханза» и «Гамбург», вполне пригодные для восстановления, очень нужны Министерству морского флота как пассажирские суда большого водоизмещения, подобных которым в СССР не было. Подъём их, учитывая особенности их затопления (крен на левый борт 86 градусов, заглубление в грунт на 2,5–3 метра, открытый морской район), технически очень сложен и не имеет прецедента в мировой практике. Для обеспечения этих работ требовалось специальное постановление правительства для привлечения в помощь АСС усилий ряда министерств. Предварительная проработка основных принципов подъёма судов была поручена специалистам АСС ВМФ под руководством Чикера.

В связи со сложностью разработки проекта подъёма Чикер потребовал от Фролова, чтобы меня освободили от обязанностей начальника оперативной группы в Москве и перевели в Ленинград к нему в отдел на должность начальника отделения и его зама.

Тем временем выяснилось, что в Польше в протоке Мёртвая Висла немцы при отступлении притопили две колоссальные секции недостроенного стального дока, строившегося для докования крупнейших линкоров «Тирпиц» и «Бисмарк». У Чикера сразу возникла идея вывести эти секции в море, прибуксировать их к лайнеру «Ханза», притопить параллельно лайнеру и, используя их как платформу для установки тяговых средств, перевернуть лайнер с бока на киль. Затем использовать эти секции для подъёма «Гамбурга». Но это была только идея, а для возможности её осуществления надо было на месте выяснить состояние этих секций и возможность их вывода из Мёртвой Вислы и буксировки морем. В связи с этим я получил задание срочно выехать в Гдыню, посетив до этого Балтийск, где размещалась АСС флота. Я выехал поездом Ленинград – Калининград (Кенигсберг), где мне попутно надо было ознакомиться с работами по очистке акватории. Кенигсберг был страшно разрушен. Под стенами высоких домов было опасно ходить. Было много случаев гибели людей из-за разваливавшихся кирпичных домов в центре города. Большое количество разрушенных зданий и густая растительность создавали благоприятные условия для бандитизма. В тёмное время ходить по городу было опасно. Работы в порту шли успешно, и я выехал в Балтийск, где представился начальнику АСС флота Максимцу, старому эпроновцу, уже знакомому мне по Дальнему Востоку. Я знал, что с тех пор Максимец, к сожалению, из-за употребления спиртного сильно опустился. Поэтому интересующие меня вопросы решал с помощником по материальной части полковником Малининым. Здесь я, к своему удивлению, узнал, что для проезда на поезде через границу из Балтийска в Гдыню мне должны были заранее заказать пропуск, но не заказали, а здесь его быстро оформить нельзя. В это время из Ленинграда пришло указание Максимцу выехать в Германию в Штральзунд, Варнемюнде, Засснитц и на месте решить все вопросы, касающиеся создания и размещения отрядов и управляющего ими отдела по подъёму лайнеров. Максимец принял решение лететь вместе с Малининым военным самолётом в Берлин, а оттуда ехать поездом в Штральзунд, Варнемюнде, Засснитц и далее в Польшу в Свинемюнде и Гдыню в подчинённые ему отряды. Малинин высказал мнение о целесообразности моей поездки с ними, поскольку им нужна будет моя помощь, а конечный пункт поездки Гдыня у нас один и тот же. Меня это устраивало, т. к. не надо было возиться с оформлением пропуска.