Владивосток. Форпост России на Дальнем Востоке

Пишущая машинка была довольно тяжелой. Вес ее я почувствовал, осторожно водружая машинку на большой круглый стол, стоящий посреди комнаты. Отщелкнув защелки и сняв черный металлический футляр с надписями на английском языке, я подивился сохранности и ухоженности.

Заметив удивление на моем лице, Лариса Петровна улыбнулась: «Хоть сейчас садись и печатай, а?» Я только развел руками.

Проходя по комнате, чтобы в очередной раз ответить на телефонный звонок, Лариса Петровна оперлась на спинку детского стула, дубового, крепко сработанного, и заметила: «А за этим стулом сидел Игореша Бельчук. Кстати, он окончил ваш вуз. А его отец был таким воспитанным, таким интеллигентным…»

«Игорь Бельчук – это тот, кто был вице-губернатором?» – спросил я.

«Ну да. Ну да, – закивала головой Лариса Петровна. – Он еще от еды отказывался, когда был маленьким. А вот сидя на этом стуле – ел».

Я вспомнил крепкую фигуру Игоря Львовича, его круглое розовощекое лицо и улыбнулся про себя.

Кстати, Бельчуки, отец и сын, окончили строительный факультет ДВПИ, стали профессорами, а Игорь Львович и сейчас читает лекции студентам-строителям.

«А вы Татьяну Аполлинарьевну – дочь Рудакова, знаете?» – поинтересовался я. «Ой, что вы, – всплеснула руками Лариса Павловна, – я ее еще в капоре помню».

Татьяна Аполлинарьевна, врач по профессии, работает в краевой больнице, мы с ней познакомились в канун 100-летия высшего образования на Дальнем Востоке.

Георгий Алексеевич, пока Лариса Петровна отвлекалась на телефонные звонки, рассказал мне о том, что во время Великой Отечественной войны он служил радистом на пароходе «Ванцетти».

Всего на этой машинке «Ундервуд» были напечатаны рукописи четырех книг Георгия Руднева о судьбах моряков торгового флота во время Великой Отечественной войны.

Вспомнился моим собеседникам и 1976 г., когда во Владивосток приезжала известная тележурналистка и телеведущая Валентина Леонтьева.

Передачу, в которой участвовали многие ветераны Дальневосточного морского пароходства, смотрела вся страна. Как автор одной из книг выступал на этой передаче и Георгий Алексеевич, пел капитан дальнего плавания и обладатель красивейшего голоса Соболевский, рассказывала о морских дорогах легендарная женщина-капитан Анна Щетинина.

К этой теме мы возвращались во время беседы несколько раз, как и неоднократно вспоминали и обнаруживали общих знакомых, коих, к удивлению, оказалось очень много.

Когда подошло время прощаться, Лариса Петровна немного всплакнула, расставаясь с дорогой ее сердцу реликвией, и еще раз напомнила о том, что А.В. Рудаков был глубоко верующим человеком. Она добавила также, что собирается после окончания строительства собора в Покровском парке подарить этому собору большой подсвечник в память о выдающемся ученом-ориенталисте Аполлинарии Васильевиче Рудакове.

Женщины крепости Владивосток в Русско-японской войне

Во Владивостоке не было активных военных действий, но весь период Русско-японской войны он жил по законам военного времени. В январе 1904 г. во Владивостоке было объявлено военное положение, а через месяц после обстрела города японской эскадрой – осадное. Трудности военного времени, реальная опасность нападения японцев делали жизнь в городе весьма напряженной. В последних числах января 1904 г., после обнародования специального распоряжения коменданта крепости, из Владивостока начался массовый отъезд жителей и эвакуация учреждений.

Комендант крепости генерал-майор Воронец объявил: «Сим оповещаю всех жителей г. Владивостока и его окрестностей в 25-верстном от него удалении, что вместе с сим крепость Владивосток, согласно высочайшему повелению, объявлена на военном положении…

Все силы и средства не только войск, но и всех жителей будут употреблены прежде всего на выполнение боевых задач крепости. Поэтому никто из жителей не должен рассчитывать на средства крепости для своего личного пропитания, но должен быть готов с объявлением крепости в осадном положении лишиться и собственных запасов, которые могут быть отобраны в случае нужды для крепости…

Нежелающим подвергнуть себя всем тягостям военного и, в особенности, осадного положения крепости предлагаю немедленно выселиться за пределы крепости. Предупреждаю, что оставшиеся в крепости по своему желанию жители при первой к тому необходимости могут быть выведены за пределы крепости без всякого дальнейшего обеспечения их безопасности.

Желающие воспользоваться для выезда из крепости услугами железной дороги должны обращаться к коменданту станции, которому разрешено все свободные места во всех отходящих из Владивостока поездах представлять выселяющимся жителям до станции Кетрицево.

Из собственного имущества каждый может взять с собой в вагон лишь столько, сколько может поднять на себе в один раз. Сверх этого брать с собой воспрещается.

Колесным путем может быть вывезено все имущество за исключением скота и съестных припасов, вывоз коих, безусловно, воспрещается».