Властители Индийского океана. Становление морских связей между Европой и Азией

К 1645 году восемь сезонов подряд морской блокады настолько полно убили торговлю Гоа, что она больше никогда не достигла прежнего уровня. Блокада доказала местному населению, что португальцы больше не хозяева на море, и индусы утратили к ним доверие, без которого торговые отношения немыслимы. Португальская торговля в восточных морях прекратила свое существование. И тщетно пытались португальцы вырваться из железных тисков противника. Трижды они выходили в море, чтобы оттеснить блокирующие суда. Но только один из этих выходов – самый первый, когда силы голландцев были сравнительно малы, имел некое подобие успеха, вызвав их отход на короткое время. К 1645 году Лиссабон полностью утратил свое положение европейского рынка для торговли восточными товарами, Малакка и Ормуз перестали быть заморскими владениями португальской короны, а из Гоа больше не отправлялись грузы в Португалию. Поскольку в устье Тежу (Тахо) уже нельзя было купить специи, европейские купцы – католики и протестанты – отправлялись за ними в Амстердам и Лондон. Добившись своей цели – отобрав восточную торговлю у Португалии, Голландская компания сняла блокаду Гоа и в течение нескольких лет после этого использовала весь свой флот для грузовых перевозок. Таким образом, контроль движения грузов в Индийском океане перешел от католической короны к частным протестантским (и еврейским, обосновавшимся после изгнания из Испании в Голландии и Англии) спекулянтам.

Но и тогда португальцев не оставили в покое. Очевидный упадок их могущества, естественно, вызвал волнение среди некоторых азиатских народов, которые прежде дрожали перед ними. Кое-кто даже вознамерился вернуть утраченную собственность. И первыми среди них были извечные враги португальцев с арабской стороны Персидского залива, до которых вскоре дошли слухи о блокаде Гоа, как, впрочем, и до всех жителей побережья Индийского океана. Сначала новость не слишком взволновала арабов, но вскоре они обнаружили, что крепость Маскат – которую удерживали по большей части индусы из Гоа под командованием европейских офицеров – больше не получает ни снабжения, ни подкрепления, и только изредка заходившие суда из Лиссабона еще удерживали людей на месте. Воодушевленные очевидной слабостью обороны, арабы Омана собрались напасть на Маскат и разграбить его. Но они так долго собирались, что блокада Гоа завершилась и гарнизон Маската был сменен свежими войсками. Только в 1648 году коалиция живущих в окрестностях племен осадила крепость с суши и моря в период летних муссонов, когда помощь из Гоа прийти не могла. В течение двух с половиной месяцев их усилия были тщетными. Но потом индийский купец, поссорившийся с португальцами, выдал нападавшим слабые места обороны, и крепость была взята. По условиям капитуляции португальцы обещали уничтожить все свои второстепенные укрепленные аванпосты в Кальхате, Курьяте (Курайяте) и других пунктах арабского побережья и прекратить вмешательство в арабскую морскую торговлю. Однако поскольку Восточная Аравия все же получала некоторые преимущества от португальской торговли, пусть и небольшие, победители позволили побежденным сохранить в Маскате факторию с ограниченными вооруженными силами. Они не сомневались, что это поселение всегда будет отдано на их милость. А появление в море годом позже португальской эскадры убедило местного султана, что противник намеревается вернуть себе форт, и это повлекло за собой массовую резню всех португальских подданных на берегу – независимо от цвета кожи. Судя по старым рассказам, этого можно было избежать, если бы португальский адмирал продемонстрировал решительные намерения, однако он не был таким офицером, как португальские командиры былых времен, и бросил своих соотечественников на произвол судьбы, удалившись в Гоа, где трибунал приговорил его к смерти.

В последней попытке хотя бы в какой-то степени восстановить прежнее могущество своей страны в Персидском заливе вице-король второй раз направил флот в Маскат во время следующего сезона попутных муссонов, теперь уже под командованием другого адмирала, получившего приказ не жалеть усилий для захвата крепости. Он добился успеха и заставил мощный арабский флот уйти в укрытие под защиту орудий цитадели, некогда построенной Албукерки для господства в гавани, тем самым снова доказав превосходство белого человека на море. Но этим его успех ограничился. Осознав, что противник намерен использовать всю оборонительную мощь крепости, португальский флотоводец понял, что его эскадра недостаточно сильна, чтобы атаковать крепость, и вернулся в Индию, не выполнив миссию. Адмирал не понес никакого наказания. Вероятно, он сумел убедить вице-короля, что ничего нельзя было сделать, и Маскат остался арабским. Таким образом, в конце первой половины XVII века Португалия, некогда раскинувшая крылья над Индийским океаном на три тысячи миль с востока до запада, лишилась последнего перышка: Ормуз уже был персидским, а Малакку захватили люди с берегов залива Зейдер-Зе (современный Эйсселмер. – Ред.).