Влияние морской силы на историю 1660-1783

{147}Сэра Томаса Грэвса (Thomas Graves), бывшего вторым в порядке командования при Нельсоне во время атаки Копенгагена в 1801 г.предприятия, требовавшего отчаянной решимости и обставленного гораздо большими затруднениями в лоцманском отношении, чем то, о котором здесь идет речь. См. биографический мемуар, Naval Chronicle, vol.VIII.

{148}Rodney's Life, vol. I, p. 402.

{149}"Memorandum for concerting a plan of operations with the French army", July 15, 1780.

{150}Любознательный читатель может ознакомиться с письмами и заметками Клинтона в издании "Clinton-Cornvaliis Controversy", by В. F. Stevens. London, 1888.

{151}Brancoft: History of the United States, vol. X, p., 191,

{152}Англичане, таким образом, непростительно упустили случай воспользоваться своим превосходством над французским флотом, так как во флоте Канала было более сорока линейных кораблей, а между тем страх, что они могут воспрепятствовать соединению с испанцами, заставил Брестский флот отплыть в поспешности и не с полным комплектом людей - факт, который имел важное влияние на исход крейсерства (Chevalier, p. 519.).

{153}Детали плохой организации этого огромного сборища кораблей так многочисленны, что запутали бы изложение, и потому перечисляются здесь в выноске. Французский флот поторопился выйти в море при некомплекте в четыре тысячи матросов. Испанцы потратили семь недель на соединение с ними. Когда же последнее состоялось, то спохватились, что никакой общей системы сигналов не было установлено; пять превосходных летних дней прошли в исправлении этого упущения, и потому флот мог отплыть в Англию не ранее, как через неделю после соединения. Никаких мер не было принято для пополнения запаса провизии, истраченной французами в течение семи недель. Первоначальные инструкции, полученные д'Орвилье, предусматривали высадку в Портсмут или захват острова Уайт, для чего была собрана большая армия на берегу Нормандии. По достижении же флотом Канала эти инструкции были внезапно отменены, и местом высадки был назначен Фальмут. Но тогда, 16-го августа, лето было уже почти на исходе, так что Фальмут - если бы он и был взят, - не мог бы служить защитою от непогод для стоянки такого большого флота. Затем восточный шторм выгнал флот из Канала. К этому времени свирепствовавшие болезни так уменьшили численность корабельных команд, что многие корабли не могли ни управляться, ни, тем более, сражаться. Личный состав корабля - при нормальном комплекте в восемьсот или тысячу человек собирался на перекличку в числе от трехсот до пятисот человек. Таким образом, плохая администрация сама надорвала боевые силы своего флота, в то же время необъяснимая стратегическая ошибка, перемена избранного сначала предмета действий - безопасного и легко доступного рейда, на незначительную и открытую нападению гавань - довершила бедствие, отняв единственную надежду на безопасную базу операций в конце осени и зимою. Франция тогда не имела ни одного первоклассного порта на Канале; вот почему сильные западные штормы, которые господствуют там осенью и зимою, выгоняли союзников в Северное море.

{154}Life of Admiral Keppel, vol. II, pp. 72, 346, 403. См. также Barrow: Life of Lord Howe, pp. 123-126.

{155}Битсон (Beatson) приводит очень подробно (т. V, стр. 395) спор в союзном военном совете. Обычная нерешительность таких советов в затруднительных положениях была увеличена ложным обольщением выгодами крейсерской войны, как решительного способа военных действий. Г. де Боссе (Beausset) настаивал на том, что "союзным флотам надлежит обратить все свое внимание на важную и достижимую цель - перехватить британские флоты, которые будут возвращаться из Вест-Индии. Эта мера, при условии господства на море союзных флотов, едва ли может не увенчаться успехом; и последний нанес бы такой удар враждебной державе, от которого она не смогла бы оправиться в течение всей войны". Французское описание этого совета в труде Лапейруза Бонфиса в существенных чертах, тождественно с цитированным сейчас. Шевалье, умалчивая о деталях, справедливо замечает: "Только что оконченное крейсерство союзного флота было таково, что должно было повредить репутации Франции и Испании. Эти две державы, развернув большие силы, не достигли никаких результатов". Английская торговля также понесла небольшие убытки. Гишен писал домой: "Я возвратился из крейсерства утомленный, но без славы".

{156}Неудачи французов были в значительной мере следствием дурной диспозиции эскадры де Гишена - адмирала искусного н обыкновенно заботливого. Когда Кемпенфельдт встретился с ним, то все французские военные корабли были под ветром у конвоировавшегося ими флота, тогда как английские были на ветре у него. Первые поэтому были неспособны подняться своевременно на помощь упомянутому флоту, который, в свою очередь, вследствие большой численности своей, не мог, в полном составе, с успехом выполнить обязательный в подобных случаях маневр - спуститься под ветер относительно своего конвоя.