Влияние морской силы на историю 1660-1783

В последний период царствования Людовика XIV, наблюдается, следовательно, упадок морской силы, вследствие ослабления ее оснований торговли и богатства, которое торговля приносит государству. Последовавшее затем правительство, также абсолютное, с определенными целями и по требованию Англии отказалось от всяких претензий на содержание сильного военного флота. Причиной этому было то, что новый король был несовершеннолетним, а регент, для нанесения вреда королю Испании, с которым он был в горячей вражде, а также для сохранения своей личной власти, заключил союз с Англией. Он помог ей, в ущерб Испании, утвердить Австрию, наследственного врага Франции, в Неаполе и в Сицилии и в союзе с нею уничтожил испанский флот и адмиралтейства. Здесь мы опять видим личного правителя, игнорирующего морские интересы Франции и прямо помогающего росту силы владычицы морей, подобно тому, как помогал этому косвенно и ненамеренно Людовик XIV. Эта кратковременная фаза политики окончилась со смертью регента в 1726 году, но и после того, до 1760 года, правительство Франции продолжало игнорировать морские интересы. Правда, говорят, что, благодаря некоторым мудрым изменениям в фискальных установлениях Франции, главным образом в направлении свободы торговли (сделанных министром Лоу, шотландцем по происхождению), торговля ее с Ост- и Вест-Индиями поразительно увеличилась и что острова Гваделупа и Мартиника сделались чрезвычайно богатыми и доходными, но с наступлением войны как торговля, так и колонии Франции, вследствие упадка ее флота, были предоставлены полному произволу Англии. В 1756 году, когда натянутое положение дел уже должно было привести к разрыву между упомянутыми державами, Франция имела только сорок пять линейных кораблей, а Англия около ста тридцати; и когда эти сорок пять кораблей пришлось вооружить и снабдить всем необходимым, то не нашлось достаточного количества ни материалов, ни такелажа, ни припасов, ни даже артиллерии. Но и это еще не все: "Недостаток системы в действиях правительства,- говорит один французский писатель, - породил индифферентизм и открыл путь беспорядку и недостатку дисциплины. Никогда несправедливые повышения по службе не были так часты, и рядом с этим никогда не было видно более общего недовольства. Деньги и интриги заняли место всего другого и давали власть и силу. Знать и выскочки полагали, что влияние в столице и самоуверенное поведение в морских портах освобождали их от всякой службы. Расхищение доходов государства и адмиралтейств не знало границ. Честь и скромность поднимались на смех. Как будто бы зло не было таким образом еще достаточно велико, министерство озаботилось изгладить героические традиции прошлого, которые избежали общего разрушения. За энергическими боями великого царствования последовала, по приказу двора, политика осмотрительности (affaires de circonspection). Для сохранения, среди общего хищения, немногих вооруженных кораблей неприятелю делались уступки все чаще и чаще. Ради этого несчастного принципа мы были обречены на оборонительное положение, столь же выгодное для неприятеля, сколько чуждое духу нашего народа. Боязливая осмотрительность перед врагом, навязанная нам по приказу, изменила с течением времени национальный характер, и злоупотребление этой системой приводило к поступкам недисциплинарным и к отступлению от своего долга под огнем неприятеля, примеры чему тщетно было бы искать в предшествовавшем столетии".

Ошибочная политика, стремившаяся к континентальному расширению, поглощала средства страны и была вдвойне вредна, потому что, оставляя беззащитными колонии и торговлю, она подвергала пресечению, в случае войны, величайший источник богатства, как это в действительности и случилось. Малые эскадры, посылавшиеся в море, разбивались подавляющими силами неприятеля, торговое мореходство прекратилось, и колонии - Канада, Мартиника, Гваделупа, Индия - попали в руки Англии. Если бы не нежелание занять слишком много места подробностями, то можно было бы привести здесь интересные извлечения из писателей, показывающие бедственное положение Франции - страны, отвернувшейся от моря - и рост богатства Англии посреди всех ее жертв и испытаний. Современный английский писатель следующим образом выразил свой взгляд на политику Франции в ту эпоху: "Франция, так горячо увлекшаяся Германской войной, настолько оставила без внимания и денежной поддержки дела своего флота, что дала нам возможность нанести тяжелый удар ее морской силе, после которого она едва ли будет в состоянии оправиться. Поглощение ее внимания Германской войной отвратило также ее от обороны ее колоний, вследствие чего мы могли завоевать значительнейшие из последних. Война заставила ее забыть о покровительстве ее торговле, которая была всецело уничтожена, тогда как торговля Англии никогда, даже в течение самого полного мира, не бывала еще в таком цветущем состоянии. Таким образом, впутавшись в Германскую войну, Франция потерпела полное поражение во всем, что касалось ее личного и непосредственного раздора с Англией".