Влияние морской силы на историю 1660-1783

В Семилетней войне Франция потеряла тридцать семь линейных кораблей и пятьдесят шесть фрегатов, - сила, в три раза превосходящая численно весь флот Соединенных Штатов в какой угодно период парусного флота. "В первый раз со времени Средних веков,- говорит французский историк в своем разборе упомянутой войны, - Англия завоевала Францию одна, почти без союзников, тогда как последняя имела много сильных помощников. Этим завоеванием Англия обязана единственно превосходству своего правительства". Да, но это превосходство правительства основывалось на ужасном оружии - на морской силе, обладание которой достигнуто им в вознаграждение за его твердую политику, неуклонно направленную к одной цели.

Глубокое унижение Франции, достигшее апогея за время между 1760 и 1763 годами, в последнем из которых она заключила мир, дает урок, поучительный для Соединенных Штатов в настоящий период коммерческого и морского нашего упадка. Мы избежали пока ее унижения, так будем же надеяться, что еще не поздно извлечь выгоду из ее примера. Между теми же годами (1760 и 1763) французский народ восстал, как впоследствии в 1793 году, и объявил, что желает иметь военный флот. "Народное чувство, искусно направлявшееся правительством, выразилось в крике, раздавшемся с одного конца Франции до другого: флот должен быть восстановлен. Правительство получало в дар корабли от городов, от корпораций и по частным подпискам. Кипучая деятельность вспыхнула в молчаливых до того портах; корабли везде строились и исправлялись". Эта деятельность неослабно поддерживалась; адмиралтейства переполнились, материальная часть была приведена в порядок, артиллерия преобразована и образован штат из десяти тысяч обученных артиллеристов.

В тоне и в действиях морских офицеров тех дней вдруг почувствовался народный импульс, которого лучшие из них не только ждали, но для проявления которого они и работали. Никогда еще не обнаруживалось среди морских офицеров такой профессиональной и мыслительной деятельности, как в то время, когда их корабли обречены были на гниение бездействием правительства. Вот что пишет об этом выдающийся французский офицер нашего времени: "Грустное состояние флота в царствование Людовика XV, закрыло для офицеров доступ к блестящей карьере смелых предприятий и удачных сражений, заставило их обратиться в своим собственным силам. Они приобрели при изучении своего дела знания, которые им предстояло подвергнуть испытаниям несколько лет спустя и оправдать таким образом превосходное изречение Монтескье: "Несчастье наша мать, счастье наша мачеха"... Около 1769 года сияло во всем блеске созвездие офицеров, деятельность которых распространилась во всех концах земли и которые в своих трудах и исследованиях обняли все отрасли человеческих знаний. Морская академия, основанная в 1752 году, была преобразована"{8}.

Первый директор Академии, капитан Биго де Морог (post-capitaine Bigot de Morogues), написал тщательно обработанный трактат по морской тактике, первый оригинальный труд по этому предмету со времени сочинения Павла Госта (Paul Hoste), заменить которое он имел целью. Морог должен был изучать и формулировать свои проблемы по тактике в те дни, когда Франция не имела флота и была не способна поднять свою голову на море под ударами неприятеля. В Англии тогда не было подобной книги; и один английский лейтенант только что перевел в 1762 году часть о труда Госта, опустив еще большую часть его. Не ранее, как только двадцать лет спустя, Клерк шотландец, не военный и не моряк по профессии - издал обстоятельное исследование вопросов по морской тактике, указавшее английским адмиралам на систему, при посредстве которой французы сопротивлялись их необдуманным и дурно комбинировавшимся атакам{9}. Исследования морской академии и энергичный толчок, данный ими трудам офицеров, не остались, как мы надеемся показать впоследствии, без влияния на относительно цветущее состояние, в котором флот был в начале Американской войны.