Во сне: теория заговора

— Согласно тому, кто это написал, возможно. В сорок третьем сказано, что ты получаешь, если восприимчив. В сорок четвертом что-то непереводимое о Христе. Сорок пятый основан на фальшивом знании, так что  его исключаем. Сорок шестой, хм, действительно заслуживает некоторых усилий. Здесь сказано, что чудеса это дополнительные колесики на велосипеде и когда ты научишься на нем ездить, они больше не нужны. Это значит, что когда ты развил духовное чувство, или, как они это называют, духовное откровение, тебе больше не нужны неуклюжие интерфейсные методы. Это очень хорошо.

Я медлю, пока она пишет, и продолжаю, как только она поднимает голову.

— Сорок седьмой плохо сформулирован, но идея, что чудеса не подвержены нашей концепции времени, правильная, о чем, я думаю, мы уже говорили. В сорок восьмом сказано, что чудеса — это единственное в нашем распоряжении средство управления временем, и это странная формулировка, но довольно точная. Потом говорится, что откровение, духовное чувство, превосходит чудеса, потому что не имеет ничего общего со временем. Хочу согласиться с этим, но не думаю, что соглашусь. Сорок девятый можно прочитать двумя способами: один неправильный, а второй мог бы быть правильным, если бы не основывался на неверном знании. Здесь можно утонуть в трясине, но мы не станем. И наконец пятидесятый имеет отношение к творению и настройке, в чем, возможно, есть смысл, а возможно нет, как и во всем остальном перечне.

— Ого, мы закончили!

— Что ж, я уверен, что мы промчались по перечню слишком быстро и не истолковали материал с тем уважением, которого он заслуживает, но это похоже на попытку перевода искаженной передачи: можно извлечь какие-то кусочки и обрывки, но в основном это белый шум.

— Возможно, канал передачи был неважный, — предполагает Мэгги. — А может, все смазалось уже после передачи, и никто не понял значения достаточно хорошо, чтобы восстановить его.

— Возможно, я не рассматривал текст в этом свете и сомневаюсь, что когда-нибудь еще стану рассматривать. Важно помнить, что нет никого выше нас: ни у кого нет большего знания, чем у нас, никто не думает лучше, чем думаем мы. Был ли Иисус или еще кто-то предположительно вознесшейся сущностью, не имеет значения: авторство не дарует авторитета. Единственный подлинный авторитет возникает из правоты, и насколько бы правильным ни был этот перечень, по большей части он ошибочен.

— Полагаю, в этом есть смысл.

— У меня было такое впечатление, что список развивается по мере его продолжения, будто чем больше в нем говорится, тем больше речь идет о том, что основная цель чудес — это перерождение в интегрированное состояние. Это началось  с двадцать восьмого принципа, где сказано, что чудеса — это средства, а откровение — конец. Если так, то я согласен. Интеграция — не единственное, чему служит процесс со-творения, но я бы сказал, что для любого человека в отделенном состоянии лучше и не придумаешь.

— Думаете, людям он служит для этого?

— Нет, скорее для всего, что связано со здоровьем и благополучием, страхом недостатка, страхом смерти.

— Стоило ли проходить этот перечень со мной? Думаете ли включить это в свою книгу?

— Еще не уверен. Я напишу и посмотрю. Это очень затянутый способ сказать то, что можно сказать куда короче, но еще это неплохой взгляд на утонченные обманы царства сна и эго, на то, как и почему все запутывается и искажается. В этом списке ровно столько правды, чтобы вызвать к нему доверие, подманить к западне, а потом завалить слоями религиозного барахла, сделав правду совершенно недоступной для любого, кто мог бы извлечь из нее пользу. Этот перечень можно приравнять к буддизму по степени обманчивости и цепкости к людям. В контексте царства сновидения это критически важная функция. Представь себе, как трудно ограничивать здоровых, разумных людей в их развитии на предпубертатной стадии. Это действительно гениальное произведение.

* * *

—  Я тут подумала кое о чем, — говорит Мэгги.

— Вот так оно и начинается, — замечаю я.

— Джедвайта! — торжественно произносит она.

— Джед снова что?

— Джедвайта. Как Джедвайта Веданта. Вот что на самом деле представляют собой эта книга и «Теория всего», верно? Будто вы берете адвайту и сдираете с нее все лишнее. Вот что такое на самом деле Алетеология, верно? Джедвайта.

— Нет.

— Вы написали первые три книги, и это была трилогия о просветлении. Теперь вы пишете «Теорию», «Пьесу» и «Во сне», и это вроде как трилогия о царстве сновидений, верно? Итак, из обеих трилогий складывается Джедвайта, верно?

— Нет.

— Мне приобрести доменное имя? Джедвайта точка ком?

— Нет.

— Не боитесь, что кто-то другой приобретет домен и прикинется вами?

— Нет.

— Не боитесь, что кто-нибудь украдет ваше учение и запутает его?

— Нет.