Военная контрразведка НКВД СССР. Тайный фронт войны 1941–1942

Военные контрразведчики сумели сохранить в тайне данные о танке Т-34. Появление его на поле боя стало для немцев полной неожиданностью. Генерал Гюнтер Блюментрит, участник битвы за Москву, писал: «И вдруг на нас обрушилась новая, не менее неприятная неожиданность. Во время сражения за Вязьму появились первые русские танки Т-34. В 1941 г. эти танки были самыми мощными из всех существовавших тогда танков. В районе Вереи танки Т-34, как ни в чем не бывало, прошли через боевые порядки 7-й пехотной дивизии, достигли артиллерийских позиций и буквально раздавили находившиеся там орудия. Понятно, какое влияние оказал этот факт на моральное состояние пехоты. Началась так называемая танкобоязнь»[947].

Немецкий генерал допустил неточность, указывая на первое появление Т-34 на полях сражений. Оно состоялось уже в первый день войны, но наиболее стал известным факт их применения в боях под Гродно частями корпуса генерал-майора Д.К. Мостовенко.

На второй день войны многие писатели выехали на разные фронты, но с одинаковыми предписаниями: «Для выполнения специальных заданий»[948]. У сотрудников военной контрразведки вызывало беспокойство особое положение военных корреспондентов, многие из которых пренебрегали соблюдением режима секретности. Их задачей являлись объективное оперативное освещение событий войны, показ героизма советских воинов, пропаганда боевого опыта во фронтовой обстановке. На 22 июля 1941 г. на фронтах Отечественной войны работали в общей сложности более 200 военных корреспондентов центральных и республиканских газет, на считая большого числа фронтовых и армейских журналистов.

Для их работы были созданы самые благоприятные условия. Еще 24 июня 1941 г. было образовано Советское Информационное бюро при СНК СССР на основе постановления ЦК ВКП (б) с задачей руководства работой по освещению в периодической печати и по радио международных, военных событий и внутреннего положения в стране. Важнейшим источником для нее были сообщения военных корреспондентов. 9 августа 1941 г. ЦК ВКП (б) принял Постановление «О работе на фронте специальных корреспондентов…»[949]. Было предоставлено право газетам «Правда», «Известия», «Красная звезда», «Красный флот», «Комсомольская правда» и «Сталинский сокол», а также Совинформбюро, ТАСС и Всесоюзному радиокомитету иметь постоянных военных корреспондентов на фронтах. Ими стали многие видные советские писатели и журналисты. Создание разветвленной сети спецкоров позволило получать постоянную информацию о ходе боевых действий, подвигах бойцов и командиров Красной армии.

Но по прибытию на фронт многие военные корреспонденты не были знакомы с требованиями, предъявляемыми к военнослужащими. Поэтому во взаимоотношениях с ними у командного, политического и оперативного состава возникало немало вопросов. На это, в частности, указывается в донесение от 28 июля 1942 г. зам. нач. 1-го отдела 3 УНКВД СССР Серову с переадресацией секретарю ЦК ВКП (б) Щербакову о военных корреспондентах на фронтах Отечественной войны[950].

По роду своей работы, а также в силу крайней беспечности оперативных работников армий каждый военный корреспондент имел доступ к самым секретным материалам и всегда находился в курсе намечающихся операций, имея полное представление о действующих частях и соединениях. Иными словами, военные корреспонденты, особенно те, кто регулярно менял фронты, как никто другой представитель ни одного другого ведомства буквально был «начинен» сведениями, представлявшими значительный интерес для агентуры абвера. Поэтому следовало более строго подходить к отбору военных корреспондентов и не менее строго контролировать не только их работу, но и поведение в быту. Но они на фронте являлись какой-то особой «вольной командой», на которую не распространялись законы, обязательные для каждого военнослужащего, и работали на свой страх и риск. Характерно, что от военных корреспондентов не требовалось даже соблюдение совершенно обязательной для всех такой формальности, как дача подписки о сохранении военной тайны. Они стояли как бы независимой группой между военно-политическим аппаратом, который считал, что контроль и руководство их работой не входят в его функции (тем более, что корреспонденты – народ зубастый, начнется контроль – потом не оберешься неприятностей) и гражданский партийно-политический аппарат: отдел печати ЦК ВКП (б) ограничил военных проверкой формальных данных при назначении и в дальнейшем не интересовался тем, как они вели себя на фронте и работали, а редакции во многих случаях полагались на совесть корреспондентов и тоже не проверяли их работу: хорошо или плохо они освещали в газетах боевые действия на данном участке фронта.